Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

 
44. Муха
Мы прозябали в постели. Сквозь толщу стекла
Вечер на нас по-циклопьи косился луною.
На потолке исполинская муха спала,
В силу неравенства сил не убитая мною.
Нашему с вами роману настал эпилог;
Нечего было сказать нам друг другу на ухо.
Вы примыкали ко мне и, плюя в потолок,
Тщились попасть в богатырски храпевшую муху.
- Мэм, - я сказал, - не ведите себя как свинья!..
Вы, не ответив мне, плюнули вновь, и плевок ваш
Не долетел, развернулся и пал на меня,
Словно пощечина звонко ударив наотмашь.
Вытерши вашу слюну, я покинул кровать,
Молча оделся, собрал реквизит и побрился.
- Стало быть, ангел мой, вам на меня наплевать... -
Прорезюмировал я и, вздохнув, удалился.
 
45. Не верьте картам, Мэри Скотт...
Не верьте картам, Мэри Скотт.
Они безбожно лгут вам, ибо
Вам предрекают каждый год
Стать миссис Александр Скиба.
Вы хороши собою, но
Не моего вы все же типа,
И потому вам не дано
Стать миссис Александр Скиба.
Приятен профиль ваших сдоб
Вплоть до мельчайшего изгиба,
Но вы о том забудьте, чтоб
Стать миссис Александр Скиба.
Ведь я картёжник, ловелас,
Мой внешний лоск - сплошная липа.
Избави Бог, мой ангел, вас
Стать миссис Александр Скиба!
Я подл, развратен, много пью,
Так что скажите мне спасибо
За то, что я вам не даю
Стать миссис Александр Скиба!
 
46. Не говорите мне, что вы дурны...
Не говорите мне, что вы дурны.
Вы на большого, выражаясь строго,
любителя. С другой же стороны, -
о, да - таких любителей немного;
Не говорите мне, что вы глупы.
Вы не глупей других в кругу салонном,
Хотя, конечно, уровень толпы
Считать едва ли стоит эталоном;
Не говорите мне, что вы стары.
У вас обычный женский комплекс просто,
Хоть для любовной - признаю! - игры
Не идеален возраст девяносто;
Не говорите мне, что не влечёт
Меня хмель плоти вашей неупругой.
Вполне способен банковский ваш счёт
Служить моей потенции порукой!
 
47. Не за Круглым столом
Я шёл спасать вас от Дракона.
Дракон был редкостно свиреп,
И близ границы Арагона
Он жрал Прекрасных Дам как хлеб.
Я подъезжал к его берлоге
На обессиленном коне,
Чьи стёртые о камни ноги
С трудом повиновались мне.
Паршивая была работа
Скакать, забралом дребезжа.
От нервного, с похмелья, пота
Доспехи разъедала ржа.
С Драконом мне не разминуться
Помог ваш слишком броский бюст.
Я предложил коню заткнуться
И въехал в близцветущий куст.
Дракон был крупный, с лишним весом,
Распространял огонь и дым,
На вас взирая с интересом,
Что не был чисто пищевым.
Он вас хотел как самку втуне;
Его мужское естество
Пускало огненные слюни,
Стекавшие с губы его.
Потребностью в песок зарыться
Я стал на страуса похож.
Но я был Странствующий Рыцарь,
И ежели не я, то кто ж?!
"Что у Прекрасных Дам за свойство
К Драконам вечно попадать? -
Вопрос хотелось вне геройства
мне риторический задать. -
Конечно, дело все в награде, -
Я мыслил, слушая ваш визг, -
Но дамских прелестей лишь ради
Оправдан ли подобный риск?
За подвиг мой своей любовью
Вы не преминете воздать,
Но это лишь при том условьи,
Что состояние здоровья
Позволит мне её принять.
Вот буду я, к примеру, ранен
Не в руку, скажем, и не в бровь,
И стану гож, как христианин,
На чисто братскую любовь!
Любовь Прекрасных Дам - мгновенье,
А также старой моды писк.
С практической же точки зренья
Со шлюхой те же ощущенья,
Но меньше и цена, и риск!.."
- Спасите!!! - В ужасе и боли,
Привязанная к двум столбам,
Вопили вы согласно роли,
Не мною отведённой вам.
Я драться не хотел с Драконом
(Дракон мог сильно покусать).
Но я был Рыцарь. По законам
Мне надлежало вас спасать.
Вы числились средь Дам Прекрасных,
И этот непреложный факт
Мешал и думать о соблазнах
Нарушить рыцарский контракт.
И, за любовь Прекрасной Дамы
Хлебнувши грамм порядка ста,
Я с видом принца Гаутамы
На сцену вышел из куста.
Узрев меня на чуть не павшем
В глубокий обморок коне,
Дракон расстался с телом вашим
И радостно пополз ко мне.
Я, как приговорённый к казни,
Прощальный выдал вам оскал.
"Могла бы быть и по-Прекрасней", -
Решил я вдруг и ускакал.