Любовь и оргазм

Туземной женщине чужды беспрерывно возникающие компульсивные [11] чувства. Движения большинства людей нашей культуры принужденны (компульсивны). То, что так восхищает нас в походке индейских женщин – их непринужденная сексуальность. Сексуальность, лишенная провоцирующего оттенка призыва к сексуальным действиям и естественная потому, что выглядит жизненной, энергичной, грациозной. Сексуальность возникает из-за осознания женщиной своего тела, осознания его движений и проникновения в сексуальную природу своей сущности. Сексуальность – это одно из звеньев, крепко спаянных с нашей животной природой.
У животного отсутствуют иные цели, кроме удовлетворения собственных потребностей. Это освобождает его от необходимости действовать в целях принудительного прогресса. Он получает удовольствие в самом движении. Естественное состояние животного, как тонко подчеркнул Достоевский в «Братьях Карамазовых», – радость. В некоторых отношениях мы превосходим животных. Мы несем груз осознания, что существует добро и зло, и направляем свою жизнь, ориентируясь на эти ценности. Мы осознаем, что есть мы и окружающее нас, что существует пространство и время, и все это связывает нас с Богом. Но ведь мы один из видов животного мира – в чем-то возвышающихся, если принять во внимание достижения нашей культуры, но и отстающих от него, если посмотреть на наше зверство и жестокость. В любви – мы люди; в сексуальности – мы животные. Не забывайте, что первое вырастает из последнего. Нет иных целей у сексуальной активности, кроме удовольствия. Мы «движемся» в никуда, занимаясь сексом. В сексуальности, как и в детской игре – мы постигаем себя через возбуждение движений и чувств. В этом состоянии мы ближе к истинной животности, но вместе с этим ближе и к переживанию истинной радости!
Способность личности придать телу свободу движений является способностью создать условия для получения оргазма. Но мы не может позволить этому произойти, не ощутив безопасность собственного тела и не отождествив себя с ним. Безопасность тела противостоит безопасности «Эго», зависимостью от интегрированности и координированности телесных движений.
Она базируется на тесноте нашего контакта с землей. Если для дерева безопасность в его корнях, то для человека – безопасность в его ногах. Чувство «погруженности» означает укорененность в землю и в животные функции. Оно эквивалентно способности удерживаться на собственных ногах и чувствовать их. Слияние с собственным телом требует проникновения в собственную животную природу, но не возвышения над ней. Любое презрение или отвращение к функциям собственного тела нарушает это чувство единения. И, что еще важнее, мы должны принять сексуальность природы нашего существа.
Я специально подчеркиваю физиологичность, животность и сексуальность нашей природы, поскольку эти аспекты существования были опорочены в нашей культуре. Человек, который лишен животных качеств, – бесчеловечен, но человек, который является только животным, – недочеловечен. Силу тела нельзя оторвать от силы ума. Безопасность тела не более зависима от функционирования «Эго», чем от функционирования ног. Эмоциональное здоровье тесно связано со способностью раздвоения (быть одновременно в двух местах); мы должны обладать силой, чтобы переносить напряжение двойственных ситуаций. Читая лекцию, я сознаю не только аудиторию, но и себя самого. Я в контакте с аудиторией и с самим собой. Конечно, мы сознаем, что невозможно одновременно находиться в двух местах. Однако можно столь быстро переключать внимание, что нет никаких помех в двойственности восприятия. Внимание вращается словно радиомаяк, то внутрь, то вовне, то внутрь, то вовне. Если это происходит плавно, то нет препятствий чувству контакта между внутренней сущностью и внешним миром. Точно так же мы в какой-то момент ощущаем свое тело и землю, а в следующий – свои мысли и чувства. Здесь точно так же осцилляции в переключении внимания должны быть достаточно быстрыми, чтобы избежать разрывов в непрерывности восприятия и сознавания. В этом смысле, говоря, что человек здоров, мы подразумеваем, что он сексуален. Это значит, что здоровый человек одновременно и мыслящая личность и подвижный животный организм. Это значит, что его движения также участвуют в этом двойственном взаимодействии. Они сексуальны, жизненны [12] и имеют твердую земную основу; они уравновешены, контролируемы и целенаправлены свыше. Если подобные переживания являются частью нашей повседневной жизни, то переход от контроля «Эго» и произвольных движений к сильным непроизвольным движениям оргазма осуществится легко и непринужденно. Другое дело, если оргазм воспринимается как надвигающаяся опасность, пронзающая пространство, словно вращающийся кончик ракеты. Сексуальность – не досуг или времяпрепровождение. Это – смысл жизни.