В Средиземье бардак.

 - Вы не единственные, - Этчелион встал навытяжку и взмахнул мечом. Судьба распорядилась так, что я не могу идти вместе с вами, ибо меня вызывают завтра в суд по поводу алиментов, но я дам вам своих людей и пропуска. Так что вы умрете не одни. Отлис, а ты что здесь делаешь?
 - Не только благородных герцогов волнует судьба Гондора, - заплетающимся языком, заявил Отлис. - Я тоже пойду с ними, они веселые ребята.
Солнце еще не достигло полудня, когда из Северных, Дунаданских ворот Минас-Тирита галопом вырвался большой отряд конников. Вслед за ними бежала стража, требуя остановиться, пока последний, низкорослый всадник не предъявил пропуск с гербовой печатью Этчелиона. Разочарованные стражники побрели назад, расследовать ограбление Королевского Банка Минас-Тирита.
 - Если выполним задание, то нам гарантировано прощение, а эту тысячу триалонов поделим по справедливости, - сообщил Фолко стражникам Этчелиона. А если не выполним, то вокруг разразится такая война, что всем будет недосуг до ограбления банка.
Отряд остановился на привал в какой-то деревушке, расположенный в пяти лигах от ворот Минас-Тирита. Хоббит решил было посмотреть по перстню последние новости ЭмТиВи, но камень неожиданно перестал показывать. Изображение сменилось рябью, и послышался голос принца Фондю.
 - Это тебе не МП3 плеер, мой бесстрашный мохноногий друг. Олмер близится, его сила растет. Перестало работать и королевское Палантир-ТВ. Олмер неосознанно противится быть под наблюдением, и мертвецкие кольца исполняют его волю. Слишком долго Враг был подключен к Палантирским каналам и изучил их природу. Короче, мы пропали, - с этими словами принца перестало быть слышно и видно.
На следующее утро отряд тронулся в путь. Но перед этим Фолко выступил с укоризненной речью перед бандой герцога Этчелиона.
 - Вы доказали свою доблесть, отразив коварный удар крестьян-приспешников Олмера. Но право, не стоило поджигать сначала таверну, а потом и амбар с запасом урожая!
Все стыдливо оглядывались назад, в сторону пепелища.
 - Но как бы там ни было, я зачисляю вас в отряд специального назначения.
 - Но в Гондоре уже есть отряд спецназа короля "Морские котики", - удивленно заявил Отлис.
 - А мы суперсекретный отряд специального эльфийского назначения "поросячьи хвостики", - быстро нашелся Фолко.
Все засмеялись, услышав такое название. Возник ропот, а один из бойцов вышел из строя и нагло заявил, что не хочет служить в таком отряде.
 - В связи с особой секретностью миссии, дабы Враг не разузнал, что наш отряд существует...- Фолко сделал трагическую паузу, а потом громко сказал фальшивым голосом, - О, смотрите, элефант! - и показал на небо. Все задрали головы кверху, высматривая чудного зверя, а когда удивленно опустили глаза, то узрели отступника лежащим на земле. В его груди торчал метательный нож, с пояса чьей-то заботливой рукой был срезан кошелек.
 - Так будет с каждым, кто отступит от дела Света! - важно заявил Фолко. Каждый пожалеет, что стал предателем.
Отряд потупился. Все уже жалели, что поперлись вместе с придурковатым полуросликом и эльфами в такой длинный поход. После того, как Фолко сверился с картами, отряд двинулся по кругу вдоль западной стены. Примерно на пятом витке, хоббит, наконец, нашел заветную ответвляющую тропку, и банда специального назначения двинулась в сторону Рохана. Дорога, несмотря на свою неухоженность, то и дело рассекалась толпами гонцов, спешащих в Эдораст. Никакой войны объявлено не было, людям сказали, что король устроил внеочередную налоговую перепись, поэтому все войска подтягивались к Эдорасту. Фолко уже надоело предъявлять свою подорожную каждый километр, и он повесил ее на шею за веревочку. Глядя вслед гонцам, Фолко с некоторым облегчением думал, что хотя бы Рохан окажется во всеоружии, и не будет застигнут врасплох.
Дни шли неспешной чередой. Хоббит и гномы каждый вечер у костров потихоньку обыгрывали весь гондорский отряд в карты. Когда Фолко в последний раз предъявил свою заношенную донельзя подорожную последнему патрулю, кормившего комаров на берегу Андуина, у переправы, то рядовые бойцы специального отряда лишились всех своих нынешних и даже будущих сбережений. Их расписки приятно похрустывали в рюкзачке хозяйственного хоббита, а обещание списать долг в случае успешного выполнения задания, заставляло всех бойцов скрежетать зубами.
По левую руку тянулись мрачные, суровые леса, посаженные еще орками в те времена, когда они любили сжать деревья, а предки эльфов любили качаться в ветвях этих деревьев. С тех пор минуло много времени, орки после одной из ночей, когда древние эльфы спустились деревьев и заготовили первые дубленки из орочьей кожи, вырубили все деревья, а эльфы, напротив, принялись сажать зеленые насаждения, где только можно, и где нельзя.
От длительных размышлений хоббита оторвал гортанный крик Отлиса.
 - Дым! Дым! - кричал Отлис, тыкая пальцем на юго-восток.
 - Куда фига, туда дым! - вспомнил Фолко детскую присказку. Немало строений соседей его дядюшки Процента сгорели оттого, что маленький племянник семейства Бренди проверял правильность этой поговорки.
 - Степной сигнальный костер! Или я ничего в этом не понимаю, - заявил Отлис. - Означает - "путь свободен".
Хоббит недоверчиво покосился в его сторону и, отобрав у гондорца бинокль, всмотрелся вдаль.
 - В самом деле, - растерянно произнес хоббит, спустя несколько секунд. Его взору предстала цепочка костров, освещавшая огромные буквы "ПУТЬ СВОБОДЕН", выполненные в стиле "Hollywood" на далеком холме.
Скрипучий паром медленно пересекал Андуин. Он был такой же, как и паром в Шире, только размерами побольше. На нем был даже салун для следопытов, отличавшийся от обычных салунов и таверн тем, что вылетавшие в окна и двери после мордобития и поножовщины посетители, приземлялись не лицом в пыль, а оказывались за бортом судна. Это снискало заведению немалую популярность, сюда стекались многочисленные туристы. Выбитые зубы и выдранные клочья волос выметались из салуна килограммами.
Хоббит уныло уставился на водную гладь Андуина, катившую мрачные серые волны. Он более не нуждался в высоких словах, для того чтобы убедить себя идти в бой. Либо они на сей раз одолеют, либо на месте его родины остаются одни головешки. Плох ли, хорош ли Вождь или эльфы, а может Орлангур вообще фашист перепончатокрылый, все это неважно. Важно лишь то, останутся одни головешки... Мучимый подобными мыслями хоббит втихаря подпалил плавающую баржу перед тем, как сойти на другой берег.