100 великих загадок Индии
Героическое и страшное, благое и ужасное оказываются переплетёнными между собой даже в образе павлина – национальной птицы Индии, символа красоты, непомерной сексуальности, мужества и бессмертия. Павлин славится своим эгоизмом, агрессивностью, умением убивать врагов. Не случайно бог войны Сканда выбрал его в качестве своей ездовой птицы. Как и Гаруда, павлин – сарпабхуджа, «пожиратель змей». Павлиньим пером исцеляют укусы пчёл и змей, его используют также при изгнании демонов. Связан павлин и с миром мёртвых: на погребальных урнах Хараппы есть изображения павлинов, из которых вырастают растения, а на брюхе видны маленькие человечки (возможно, души покойных). Павлины охраняют вход в рай, но их можно встретить и в преисподней.
Всё великое разнообразие индийских птиц объединено на земле физически во множестве птичьих заповедников, религиозно – в известном центре паломничества Пакшитирхе. На небесах же ощутимые на земле различия и вовсе исчезают. Летящие птицы становятся светлыми звёздочками в Вихайе – «птичьем пути», который мы называем Млечным.
Слон в труде и бою
Поверите ли вы, если вам расскажут, что видели глазами торс живого человека, который до пояса возвышался над поверхностью океана и двигался прямо вперед, оставляя по сторонам пенистые струйки воды, рассеченной его телом? Нет, не поверите.
В Индии слоны часто содержатся при храмах
И только приблизившись к береговой линии, мы увидели нечто, действительно похожее на чудо, – торс пловца стал вдруг вырастать, а когда весь человек всплыл из воды, мы увидели, что он сидит на чем-то, что было похоже на риф, но этот риф оказался потом большим живым слоном, который тоже постепенно вырос из воды во весь свой рост и направился на остров.
Слоны – отличные пловцы, любят воду и не боятся ее ни в каком объеме – переплывают глубокие и широкие реки и даже, чему мы были свидетелями, переносят на спине семьи своих хозяев на соседние острова, погружаясь с головой в океан и лишь иногда выставляя над водой кончик хобота, чтобы вдохнуть требуемую порцию воздуха.
Хозяева плавают на слонах и в одиночку и группами, отправляясь к соседям на праздник или с острова на материк. Слон в этих краях – это и средство для транспортных перевозок, и верховой конь для своего хозяина, и верный друг каждого члена вырастившей его семьи.
После ознакомления со всеми описаниями слонов и со многими данными об их роли в истории Индии невольно начинаешь понимать, что они пережили сотни лет одомашнивания и использования их в самых разных целях.
Начиная с незапамятных пор – установить дату не удалось ни историкам, ни зоологам, – жители Индии стали сопрягать свою жизнь с существованием слонов в их лесах. А леса здесь были по всей земле настолько часты, что в легендах их называли только одним словом – дебри. В одном из мифов говорится, что слон изначально стал ездовым животным бога Индры, который некогда мог освободить солнце от вечного мрака, а еще мог владеть ливнями и грозами.
С течением веков стала складываться особая группа людей, которых обычно называют погонщиками слонов, но это не точное название. Их распространенное старинное наименование – «махауты», которое обозначает могучий, всесильный (что восходит к санскритскому «махауджа»). Эта группа стала кастой, что естественно в процессе разделения общества на профессиональные изолированные группы, но эту касту отличает ряд особенностей, и в том числе свой «закрытый» язык. В нем есть и слова и обороты разговорной речи каждой данной местности, но есть и много слов особой структуры. Иногда полагают, что это элементы, дошедшие от времен цивилизации Инда, т. е. от III тыс. до н. э. В лингвистике нет сведений об истоках этого языка, но в Индии о нем говорят как об особом наречии. К какой бы глубине времен он ни относился, широкой известностью пользуется слух о том, что язык этот запретен, что узнавать его могут только сыновья махаутов, тогда как женщины их семей знать этот язык не должны, и более того по некоторым слухам, махауты могут даже убить того члена своей общины, кто научил какого-нибудь чужака их тайному языку.
О сравнительно недавней истории слоноводства в Индии можно почерпнуть многие сведения из редчайшей в истории мировой литературы книги – из трактата о праве и государстве, который был создан в III веке до н. э. Он известен под названием «Артхашастра», что принято переводить как «Учебник о пользе (или целесообразности)». В своих многочисленных разделах он содержит не только ряд небольших сведений по проблеме общения со слонами, но и отдельные главы, содержащие подробные данные о процессе отлова, воспитания и использования слонов.
Не иссякающий интерес к дальнейшей судьбе слонов после их поимки заставит любого читателя «Артхашастры» заглянуть в особый 48-й раздел, посвященный обращению со слонами. В этом обширном и детально разработанном разделе содержится ряд четких указаний, относящихся к конкретным работам по должному обращению со слонами и по их содержанию. Ответственность за проведение таких работ и за их порядок возлагалась уже во второй половине I тыс. до н. э. (напомним, что эти описания относят к его III веку) на особых чиновников, именуемых надзирателями, которым подчинялся целый штат ветеринаров, сторожей, поваров, уборщиков и, наконец, вожаков слонов, тех, кого и называют махаутами.
Не углубляясь здесь в попытки отыскать начало истории слоноводства, вернемся к судьбе отловленных слонов. Требовалось сразу определить их качества по четырем признакам: подлежащие обучению, боевые, верховые и дикие. Тут же должны были быть выявлены личные данные слонов и приведены 5 особых способов входить в контакт с теми, которых посчитали подлежащими обучению. В такие данные включалось прежде всего то, позволяет ли слон на себя взбираться, а дальше следовала необходимость обучать его, привязав к столбу, заведя в воду и т. п.
Из числа подходящих сразу выделяли тех, кого определяли для выездов царя и вельмож, а также для участия в торжественных процессиях. Боевых слонов обучали по сугубо специализированным методам – им прививали умение спокойно стоять, ловко поворачиваться, наступать на врага, сокрушать его слонов, коней с колесницами, крепости и целые поселения. В этот метод входило и приучение их к групповому совместному действию. Верхового слона обучали послушанию разным видам команд, касающимся его хода, как в одиночку, так и в группе, и, чему придавалось важное значение, его действиям на охоте. Если пойманного слона определяли как дикого, то его следовало подчинять только грубой силе, опасаясь при этом его хитрости и умения прикидываться смирным.
Здесь же приводятся наставления, касающиеся изготовления упряжки для слонов, боевых для них доспехов, беседок и сидений для людей на их спинах и, конечно, разнообразнейших способов украшать их в торжественные дни, начиная от нанесения на их кожу цветных росписей до изготовления ярких уборов, включая и ювелирные, иногда очень дорогие изделия.
Уход за слонами в стойлах требовал особого внимания. За их здоровьем, питанием и за общим режимом следили тогдашние ветеринары, а слуги, сторожи и махауты отвечали за исполнение их указаний и за порядком. В случае упущений на обслуживающих лиц налагались кары, от вычитания из жалованья разных штрафов до телесных наказаний и даже казни.
В сложности приготовления питания для слонов мы здесь вникать не будем, но повторим снова, что такие условия ловли и воспитания слонов были выработаны, само собой разумеется, за очень длительный срок.
Взращивая слонят, махауты приучают их к командным словам и в течение всей дальнейшей с ними работы доводят их послушание до полного подчинения. Махауты помогают себе в деле управления слонами многими условными движениями, похлопываниями ногой или стрекалом по голове или ушам и тому подобными приемами, которые вырабатывались веками в практике обращения с этими мощными гигантами.
