Находка

— Тётенька, а давно они ушли?
— Да только что.
Только что? Значит, их можно ещё захватить на остановке. Это тоже недалеко. И Таня пустилась бежать к трамвайной остановке.
У чугунного столба народу было немного: женщина с ребёнком, старик с удочкой, два солдата с медалями. Но ни Лёши, ни Стасика, ни других ребят из Лёшиной школы не было.
Всё пропало! Они уехали и теперь будут копать клад без неё. Что же теперь делать? Теперь надо идти домой, к бабушке.
Но тут со звоном к остановке подошёл новенький двадцать второй трамвай. Яркая вишнёвая краска так и лоснилась на его боках и круглом «животе». И звон у него был чистый, высокий, тоже как будто новенький.
Трамвай остановился подле Тани. И Таня недолго думая вскочила в вагон. Может быть, Лёша там?
Изнутри вагон тоже был новенький, весь румяный какой-то. Но Лёши там не было.
Вдруг трамвай пошёл. Таня крикнула:
— Остановите, я ещё не сошла!
Кто-то сказал:
— Сойдёшь на следующей.
И тут Таня подумала: зачем сходить? Ведь Лёша на двадцать втором — и она на двадцать втором. Значит, его можно догнать. Вот интересно будет, если она его догонит! Он всё будет ахать да удивляться: «Откуда ты взялась? Вот это да! Аи да Таня!»
— Дочка, а ты, между прочим, почему билет не берёшь?
Таня подняла голову. Это кондуктор. У него сердитые брови. Таня растерялась. У неё и денег с собой ни копеечки. А дома, в копилке, как нарочно, осталось восемь рублей тридцать копеек своих, Таниных, денег.
— Я… брата догоняю, — сказала Таня, — он тоже на двадцать втором. Вот догоню и возьму билет.
— Ведь ты небось и в школу ходишь, — сказал кондуктор.
— Я уже во втором классе, — сказала Таня.
— Видишь! Значит, полагается билет.
— Вы не думайте, я знаю, что полагается, — сказала Таня.
Вдруг сзади протянулась чья-то рука:
— Кондуктор, держи монетку. За девочку.
Таня оглянулась. Это был старичок с удочкой. Он дал Тане синенький бумажный лоскуток:
— Держи, дочка. Ты куда же это собралась одна, без отца-матери?
— Я брата догоняю, дедушка, — ответила Таня. — Он поехал клад копать:..
— Клад? — Старик улыбнулся, и сразу стало видно, что у него очень мало зубов. — Смотри, выроешь клад — не забудь мне должок вернуть.
— А я не знаю, где вы живёте, — сказала Таня.
Но старик уже прошёл вперёд. Его тонкая удочка качается над головами где-то там впереди, у передней площадки.
Таня крикнула на весь вагон:
— Дедушка, спасибо! — и крепко зажала в кулаке синий бумажный лоскуток.