Хрангелы

***
Френк нашелся неожиданно быстро. Он сидел на берегу и швырял в воду и мелкие камешки. «Где он их взял, – совершенно не к месту подумал Ник, – из лесу принес, что ли?»
– Привет, – не поворачиваясь к Маше с Ником, произнес Френк.
– Форчунья, мы нашли его.
– Хорошо, сейчас будем, – услышал Ник в правом ухе.
– Ну что, голубки, как жизнь? Тоже заразились синдромом жениха и невесты? Или только пока Наташа со своим двухколесным другом?
– Френк, где ты был, когда прорвали купол? – осторожно спросил Ник. – Ты не пострадал?
– О, начинается! У Ника приступ дружеского участия. Я пострадал уже давно, когда попал на один остров с такими ничтожествами, как вы. Мери, ты же вроде неплохая девчонка (пожалуй, красота действовала на него сильнее, чем излучение), – тебя не тошнит от этой ущербной команды?
– Подыграй ему, – попросил Ник, – нужно время, чтобы антиизлучатель подействовал.
– Есть немного, – сказала Маша, стараясь, чтобы ее голос не был уж слишком фальшивым.
– Надо же! Хоть у кого-то кроме меня на этом острове есть мозги. Маша, а давай отсюда удерем, вот прямо сейчас, купола-то нет! – он окинул ее взглядом. – Ты, вроде, не тяжелая, я тебя вполне унесу.
– И куда же мы отправимся? – тянула она время. – Мы живем в разных странах.
– Ну ничего, – ухмыльнулся Френк, – будем жить в одной. А и правда, полетели, – он крепко схватил Машу за руку.
– Эй-эй, ты полегче! – Ник вплотную приблизился к Френку. – Отпусти ее.
– А то что? – со ядовитой улыбкой поинтересовался Френк.
– Отпусти меня, – медленно сказала Маша. – Я тебе такое расскажу!
– Какая умная, хитрая девочка... думает, Френка можно провести. Скажи «гуд бай» своему другу.
– Форчунья! – воскликнул Ник.
– Сейчас...
– Я правда скажу тебе что-то важное, – не теряя самообладания и глядя Френку в глаза, продолжала Маша. – Ты знаешь, что погиб наш хрангел?
– Что значит –погиб? Они что, тоже дохнут? Они же духи.
– Да, спасала Софи и погибла.
– Вечно из-за этой девчонки неприятности! Мне, конечно, по барабану, но как-то неприятно – у всех есть хрангелы, а у меня нету. А вообще-то, мне он и не нужен.
– Готово, – сказала Форчунья, и в эту секунду лицо Френка стало совсем другим. Он отпустил Машину руку, губы у него его задрожали, и он совсем по-детски расплакался.
– Френк, ты что... – растерялась Маша.
– Погоди, не трогай его, пусть плачет, это хорошо, – остановил ее Ник.
Френк опустился на песок, закрыл лицо руками, плечи его вздрагивали, из– под ладоней катились слезы и падали, оставляя следы на раскаленном песке.
Ник с Машей терпеливо ждали пока он успокоится. Вытерев глаза, Френк смущенно посмотрел на друзей:
– Вы это... того... не говорите никому, что я плакал. Стыдно...
– Ничего тут стыдного нет, – сказала Маша, – настоящие мужчины тоже иногда должны плакать, если они, конечно, не истуканы.
***
По традиции GT, прощание проходило очень торжественно. Каждый очередной заезд завершался салютом, концертом и праздничным ужином со всеми атрибутами, среди которых обязательным был торт со свечами...
– Тебе не кажется, что эта смена – особенная? – сказал во время ужина директор тренеру. – Будто не мы здесь старшие, а дети. Как-то снисходительно они на нас смотрят.
– Что-то есть... – согласился тренер. – Внимание, выносят!
Появление торта всегда было настоящим шоу: выключали свет, и, сопровождаемое народной музыкой какой-нибудь из стран, вплывало кремово-бисквитное великолепие, украшенное несколькими десятками свечей. Вот и сейчас, под японскую мелодию, в столовую вносили этот двадцатикилограммовый шедевр.
Снуп, тайком приведенный Софи, завороженно следил за мерцающим, сладко пахнущим пятном... Что пришло в его собачью голову, почему он решил подбежать поближе, непонятно. Но через секунду Снуп уже был на пути несущих торт людей.
– Снупи, нет! – воскликнула Софи, но в эту минуту двое идущих впереди споткнулись о пса, и поднос накренился...
– Дино! – воскликнула Салма.
Оп! Торт приземлился прямехонько посередине праздничного стола. Те, кто мгновение назад чуть было не уронили его, все не могли понять, как он так удачно там очутился.
– Снуп, я тебя убью! – простонала Софи.
– За что это? – удивленно спросил пес.
– Так, для профилактики.
Зажегся свет.
– Дорогие ребята, – торжественно начал директор, – я очень горжусь тем, что провел часть своей жизни среди таких                
замечательных, талантливых людей, как вы. Думаю, моим детям тоже было среди вас хорошо, хоть они и не отличаются выдающимися заслугами...
– Знали бы вы, господин директор, какими выдающимися заслугами отличилась ваша дочь! – подмигнул Антон Салме. Та хмыкнула.
– Пятая, восьмая и девятнадцатая свеча погасли, – еле слышно сказала она ему через несколько секунд.
Фырх! Пятая, восьмая и девятнадцатая заполыхали еще ярче.
– Полегче, пожар не устрой, – Салма оценила скорость реакции, но от замечания не удержалась.
– Ума не приложу, что я дома буду делать без твоих ценных указаний, – притворно вздохнул Антон.
Салма, как всегда, за словом в карман не полезла.
– Не волнуйся, буду тебе их по электронной почте посылать.
– ...А прощаясь с вами, надеюсь, что вы не забудете этолето и этотлагерь.
На последних словах директора по залу прокатился легкий смешок.
– Что-то не так?
– Нет, господин директор, – ответил из зала Дино, – вы даже не представляете, насколько вы правы. Это лето и этот лагерь уж точно никто не забудет.
***
– Таким образом, вы нарушили все законы нашего сосуществования, – глядя Дарку в глаза, сказал Генимыслей. – Как вы могли напасть на детей и пытаться причинить им физический вред, когда это строго-настрого запрещено!
Шел второй час переговоров. Темноны начисто отрицали свою вину, объясняя вторжение на остров тем, что они просто пытались разрушить энергетический купол.
– Да вы же своих детей чуть голодом не уморили! – возражал                
Дарк. – А мы хотели сохранить тех, за чьи души будем с вами бороться Мы знаем кодекс. Мы и не собирались убивать.
– Да?! – взорвалась Готта. – А как же быть с тем, что от вашего удара погиб хрангел, защищавший ребенка? Вы же целились в девочку!
– Глупости! – фыркнул Дарк. – Мы целились в купол, а то, что она там стояла, просто совпадение!
– Тем не менее, хрангел погиб, – Генимыслей говорил негромко, но очень твердо, – и это ваша вина. Мы, конечно, не можем доказать, что это было намеренно, но мы это знаем. И вы знаете...
– Что вы хотите? – надменно спросила Реста. – Наших извинений, что ли? Смешно...
– Нет, извиненийнам не надо. Вы знаете, что, нарушая кодекс, нарушаете равновесие. Высшая Сила запретит вам действовать в течение нескольких месяцев, готовьтесь.
– Предлагаем компенсацию, – произнес после паузы Дарк.
– Что это значит? – тихо спросила Готта.
– Это значит -темноны должны что-либо сделать для блага людей, – так же тихо ответил Огманд.
Генимыслей некоторое время раздумывал.
– Мы решим, в какой форме.
***
Девчонки собирали сумки – через час прилетят вертолеты, через три их ждет аэропорт. Некоторые уже к вечеру будут дома. Анна плакала, Маша изо всех сил держалась, чтобы тоже не разреветься.
– Ну вас, – ворчала Салма, – океана вам мало. Вы еще коллективный потоп тут устройте!
– Салма, как же я без тебя? – не унималась Анна.
Кто бы мог подумать, что спортсменки такие сентиментальные!
Салма часто-часто заморгала:
– А я, девчонки? Без тебя, Мария, без Ольги, без Наташи... Где, кстати, она?
– С Питером прощается. Оль, дай, пожалуйста, носовой платок, возле тебя на кровати лежит, справа.
– Розовый или в клеточку? – спросила Ольга.
– В клеточку. Что-о-о-о?!! – у Салмы прямо челюсть отвисла.