Мой тайный дневник

— Да, — сказала Анча. — Мы хотели посмотреть, возможно ли рисовать на коже.
Учительница засмеялась, хотя и про себя. Но мы-то все-таки хорошо видели, что она смеется.
— Если бы у вас вообще было правилом так вот вместе держаться — и во время уроков, и во время работы, — я бы ничего против этого не имела. А то с вами просто беда: только когда набедокурите, тогда вы едины. Все учителя меня жалеют, какой мне достался недисциплинированный класс. На будущий год ни за что с вами не останусь, пусть берет вас кто хочет.
Мы тут же начали просить, чтобы она нас не оставляла.
Но учительница сказала:
— Нет, больше я вас не хочу даже и видеть.
Но мы знали, что говорит она это уже просто так. Она пугает нас так с третьего класса и все еще не оставляет.
Но на перемене мы ей пообещали, что больше сердить ее не будем.
А после обеда мы пошли все на мичуринское поле и на самом деле держались там все вместе даже во время работы. Мы вообще не ссорились. Иногда мы, конечно, ссоримся, но сегодня ни разу и даже никто не подрался.
Мы выпололи все грядки, чтобы учительница заметила и похвалила нас.
Червенка радовался больше всех: на этот раз он выдержал наравне со всеми и даже забежал в гараж за автолаком, чтобы выкрасить палки, которые мы приставляем к помидорам, в красивый оранжевый цвет.
И еще договорились, что поймаем зеленую лягушку, посадим ее в банку от огурцов и Шпала сделает маленькую лесенку. Лягушка будет лазать вверх и вниз и предсказывать нашей учительнице погоду, чтобы у нее никогда не было ревматизма.
Потом пришла учительница и действительно похвалила нас.