400 школьных сочинений

 
 
На войне лихой солдат,
 
На гулянке гость не лишний,
 
На работе – хоть куда.
 
 
Но самая главная и емкая характеристика заключена в следующих словах:
 
 
То серьезный, то потешный,
 
Нипочем, что дождь, что снег —
 
В бой, вперед, в огонь кромешный,
 
Он идет святой и грешный,
 
Русский чудо-человек...
 
 
  
Отголоски прошлого в поэмах А. Т. Твардовского «За далью даль...» и «По праву памяти»
 
Писать стихи Александр Трифонович Твардовский начал с раннего детства. Но настоящую славу молодому поэту принесла опубликованная в 1936 г. поэма «Страна Муравия», где в незатейливой сказочной форме он отразил жизнь крестьян во время «великого перелома».
В конце 40-х гг. поэт совершает ряд поездок в Сибирь, на Дальний Восток, в Якутию, где пишет поэму «За далью даль...». В конце 60-х Твардовский пишет свою итоговую поэму-исповедь «По праву памяти», где бескомпромиссно и правдиво говорит о тяжелом времени сталинизма, о трагической противоречивости духовного мира человека в этот период.
Если разделить все творчество поэта на два этапа: довоенный и послевоенный, – то нетрудно заметить, что в первом преобладает политическая тема: тема тяжелой доли крестьян и рабочих, например «Дневник председателя колхоза», во втором же мы явно видим тему времени, тему прошлого и будущего. Эта тема наиболее ярко отразилась в последних поэмах Твардовского: «За далью даль...» и «По праву памяти».
В поэме «За далью даль...» сюжет ослаблен до минимума – это просто путевые заметки, впечатления, раздумья человека, следующего из Москвы через всю Сибирь. Вся поэма построена по принципу обозрения эпохи, народной жизни. Здесь изображается не только современность, но и историческое прошлое.
События самого узкого, частного, личного характера соотнесены с историческим прошлым, полным трагедийного накала.
Неожиданная встреча с другом ранней юности на таежной станции Тайшет, незаконно репрессированным в 30-е гг. и сейчас возвращающимся обратно, рождает образ-символ прошлого – сложной исторической эпохи:
 
 
И вспомнил я тебя, друг детства,
 
И тех годов глухую боль.
 
 
Личные воспоминания преобразуются в яркие картины минувшего, связанные с драматическими обстоятельствами и последствиями эпохи культа личности Сталина:
 
 
Так это было. Четверть века
 
Призывом к бою и труду
 
Звучало имя человека
 
Со словом Родина в ряду.
 
Мы звали – станем ли лукавить? —
 
Его отцом в стране – семье.
 
Тут ни убавить,
 
Ни прибавить, —
 
Так это было на земле.
 
 
Уже в этих воспоминаниях, наряду с величественным и скорбным прошлым, отдельными судьбами людей, друзей детства и молодости, ощущается незаурядная личность лирического героя. Масштаб его личности под стать всем тем событиям прошлого, которые он пропускает через свою память. Поэма «За далью даль...» повествует о десяти сутках в настоящем, но вбирает в себя два последних века страны.
Особенно явственно отголоски прошлого слышатся в поэме Твардовского «По праву памяти», где центральное место занимает проблема того, какую долю «отец народов» уготовил своим детям. Стихотворения и поэмы Твардовского заслужили при жизни автора читательское признание и официальные награды. Но даже такому поэту не удалось опубликовать самое сокровенное: только в 1987 году, через шестнадцать лет после смерти Твардовского, увидела свет его поэма «По праву памяти».
Выразительно и твердо названная «По праву памяти» поэма родилась как акт сопротивления, всем своим названием взрывала страшное молчание, покрывающее прошлое – многие годы сталинского режима, и била по его организаторам:
 
 
Кто прячет прошлое ревниво,
 
Тот вряд ли с будущим в ладу.
 
 
Эта поэма Твардовского адресована современной молодежи, обращена к ее духовно-нравственным, идейным поискам и устремлениям. «Вам из другого поколения» – обращался поэт. Необходимо помнить, что история не делится на отрезки, события ее не распределяются по чинам и званиям: каждый отвечает за все, что было в прошлом, совершается в настоящем и произойдет в будущем:
 
 
Давно отцами стали дети,
 
Но за всеобщего отца
 
Мы оказались все в ответе,
 
И длится суть десятилетий,
 
И не видать еще конца.
 
 
  
«Нелегок путь, но ветер века – он в наши дует паруса» (поэмы А. Т. Твардовского «По праву памяти» и «За далью – даль»)
 
 
Я жил, я был – за все на свете
 
я отвечаю головой.
 
А. Т. Твардовский
 
Времена меняются, мы уже живем в демократическом государстве, сейчас вовсю публикуются произведения, которые были запрещены долгие семьдесят лет. В частности нам стала известна нигде не публиковавшаяся с момента написания поэма Александра Трифоновича Твардовского «По праву памяти». Сегодня я хочу поделиться своими мыслями об этой поэме.
Наверное, в жизни каждого из нас, особенно в зрелом возрасте, наступает такой момент, когда
 
 
На дне моей жизни, на самом донышке
 
Захочется мне посидеть на солнышке,
 
На теплом пенушке.
 
И чтобы листва красовалась палая
 
В наклонных лучах недалекого вечера.
 
И пусть оно так, что морока немалая —
 
Твой век целиком, да об этом уж нечего.
 
Я думу свою без помехи подслушаю,
 
Черту подведу стариковскою палочкой:
 
Нет, все-таки нет, ничего, что по случаю
 
Я здесь побывал и отметился галочкой...
 
 
(А. Твардовский, «На дне моей жизни...», 1967 г.)
 
И сейчас с трепетом читаю строки, написанные Александром Твардовским, когда ему пришла пора «остановиться, оглянуться» на прожитую жизнь и вспомнить ее без прикрас, в полный голос сказать о том, что не принято было говорить вслух долгие годы:
 
 
Забыть велят и просят лаской
 
Не помнить – память под печать,
 
Чтоб ненароком той оглаской
 
Непосвященных не смущать.
 
 
Хотя и велели забывать Твардовскому, и его стихи проходили через Главлит, он не забыл и рассказывает в своей поэме через судьбы собственной семьи о судьбе всего народа в те страшные годы.
«Семья еле сводила концы с концами, – вспоминает Иван Трифонович Твардовский, младший брат поэта. – Изнурительный труд на пашне в мелких болотцах, кочковатых полянках не вознаграждался желанным урожаем. На отвоеванных у кустарников нивах озимые подопревали, и их нередко приходилось пересеивать яровыми. Но „пороха“ у отца всегда хватало, и он, не щадя сил, упорно продолжал работать, облагораживая свое „имение“.
И такой крестьянин становится, по определению властей, кулаком, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Мотивы, поднятые в не опубликованной при жизни автора поэме «По праву памяти», встречаются у Твардовского и раньше, например в поэме «За далью – даль». Так, в главе «Друг детства» есть эпизод, когда через семнадцать лет разлуки автор встречает в дороге своего друга, который