Нэш Блейз в Лавке Чудес
Эти страницы немало удивляли меня самого, выходя из-под кончиков моих пальцев (я пианист, и мне необходим контакт с клавиатурой, поэтому я пишу на компьютере, тайком, в гримерках театров); я как будто сам присутствовал при событиях чрезвычайной истории, которая вырисовывалась у меня в голове и в которой говорится о Нэше Блейзе. Это мальчик, каких много, нормальный и исключительный, как и все мы, пусть мы и никогда не даем себе в этом отчета. Нэш сталкивается с проблемами своего возраста, и он, как и все остальные, наделен способностью ошибаться, но кроме нее также и способностью, пожалуй, более удивительной — признавать свои ошибки и прилагать все усилия к тому, чтобы измениться к лучшему. У него есть своя тайна, как и у меня. Как и у каждого из нас.
Когда вы читаете эти строчки, я сижу в гримерке какого-нибудь театра и готовлюсь приступить к третьей книге. Знайте, мы стали ближе друг к другу: если раньше мое волшебство приходило к вам из телевизора, то теперь я уже добрался до подлокотника вашего дивана, откуда и рассказываю свою историю, немного волшебную и в то же время немного правдивую.
Об авторе
Маг Казанова не перестает изумлять нас. Как известно, славу и симпатию публики ему принесли представления, во время которых этот иллюзионист-мошенник доводил самых высокопоставленных представителей европейского «магического сообщества» до белого каления.
Казанова наделен тем качеством, которое свойственно только настоящим ТВ-профессионалам: никогда не поймешь, правда ли то, что он делает, или всего лишь обман зрения.
И вот, зарекомендовав себя как отличный маг и получив международную награду столь высокого уровня, он вытягивает из шляпы еще один фокус: теперь Казанова — писатель.
Очень просим вас сообщить о найденных в тексте грамматических ошибках и опечатках. Мы в «Летящей новости» будем рады любому предлогу, чтобы как следует проучить его. Мы могли бы упечь его в тюрьму «Пломбы», как это сделали когда-то с его знаменитым однофамильцем. Правда, остается риск, что и ему удастся выбраться оттуда, просто из духа соперничества, которым он, кстати, заразил и нас.