Нам вольность первый прорицал: Радищев. Страницы жизни
ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ
Итак, Радищева не стало!Мой друг, уже во гробе он!То сердце, что добром дышало,Постиг ничтожества закон……………..Сей друг людей, сей друг природы,Кто к счастью вел путем свободы,Навек, навек оставил нас! —так отозвался на смерть первого русского революционера И. П. Пнин, один из молодых друзей Радищева, которых впоследствии историки назвали поэтами-радищевцами.
Затем наступил долгий период издательского запрета. Книга "Путешествие из Петербурга в Москву" продолжала жить лишь в многочисленных рукописных списках.
В тридцатых годах прошлого века А. С. Пушкин делает попытку снять цензурный запрет с имени, но его статья "Александр Радищев" по повелению министра просвещения Уварова осталась неопубликованной.
Только в 1858 году — прорыв. А. И. Герцен в вольной русской печати в Лондоне выпускает книгу, которая объединяет два произведения — "О повреждении нравов в России" М. Щербатова и "Путешествие из Петербурга в Москву" А. Радищева.
Общественный подъем шестидесятых годов пробуждает интерес к деятельности предшественников. Н. Добролюбов, Е. Якушкин и некоторые другие литераторы пытаются напомнить людям о судьбе замечательного человека XVIII века. Павел Радищев, сын, разделивший с отцом сибирскую ссылку, публикует его жизнеописание. Павел Александрович хлопочет об издании "Путешествия", но цензура неумолима.
1872 год. П. Ефремову удается опубликовать полный текст книги. Но на издание тут же был наложен арест по той причине, что "автор весьма часто находит случай сказать что-нибудь в укоризну и даже глухую угрозу самодержавной монархии". Были еще попытки, и все они из-за препятствий цензуры кончались неудачей.
Новый общественный подъем наконец решил судьбу многострадальной книги. В 1905 году появилось первое полное научное издание "Путешествия". 115 лет понадобилось для того, чтобы мысль писателя пробилась к народу!
Радищев всегда жил с сознанием непрерывности человеческой мысли. Он остро ощущал исторический процесс как единый. Он предупреждал потомков о капризной прихотливости "закона природы", по которому "из мучительства рождается вольность, из вольности рабство". Закон, который требует от человека великой ответственности в переломные моменты истории.
Он не мерил свою жизнь коротким отрезком между рождением и смертью. Он был уверен, что судьбы людей незримо связаны со всеми далекими и, казалось бы, несвязными событиями истории и каждому нужно найти только свою достойную дорогу в многовековом путешествии человечества. И это сознание дало ему право написать о себе гордые строки: "…вольность первый прорицал".