Первая весна
Началась охота. Вначале Лада не понимала, что от неё хотят. Совала нос в разрытую ямку, фыркала и отходила. Кроты её не интересовали. Вот если бы это были мышиные норы… Но Боря не отставал. Он подзывал собаку и, разгребая рукой холмик, командовал:
— Лада, ищи тут! Ищи!..
Наконец собака поняла. Сунув раза два морду в кротовый ход, она начала рыть лапами землю.
— Есть! Учуяла! Копай живо!
Толкаясь, мешая друг другу и собаке, ребята тоже начали разрывать землю. Скоро они завалили кротовый ход и потеряли его. Но теперь Лада сообразила, что? нужно от неё, и пошла искать. Перебегая от одной кучки к другой, собака быстро почуяла крота. Разрывая лапами ход, она совала туда морду, нюхала и снова разрывала. Ребята пришли на помощь. К общему удовольствию, крота догнали и вывернули на поверхность. Думали, что Лада схватит его, но она только лаяла, приседая на передние лапы. Крота посадили в ящик.
Солнце поднялось высоко, и все порядочно устали, когда пришла Зина с Марией Ивановной.
— Марь Ванна! Есть! Две штуки поймали! — крикнул Саша и повёл показывать.
— А что вы хотите с ними сделать? — спросила Мария Ивановна, увидев двух беспомощно барахтающихся в ящике кротов.
— А что? Девочкам подарим на жаркое, — шутил Саша.
— Ребята, кротов не надо убивать. Они полезные, — сказала Мария Ивановна. — Я советую вам отнести их подальше в лес и отпустить. Кроты уничтожают много вредных личинок.
— А они к нам обратно придут, — сказал Саша.
— Не беспокойтесь. Не придут. А эта ваша охота — бесполезное занятие. Так с кротами не борются.
— А как? — спросил Ваня.
— Сделайте вертушки. Знаете? Маленькие пропеллеры с хвостом, чтобы стояли против ветра и крутились.
— А-а! Ветродуй! — догадался Саша.
— Ну пускай ветродуй, — с улыбкой согласилась Мария Ивановна. — Крылья, хвост можно в виде самолёта сделать. Прикрепите такой „ветродуй“ на кончик жерди, но чтобы он свободно вращался там, а жердь вкопайте в землю. Во время ветра пропеллеры будут крутиться и шуметь. Шум по жерди будет передаваться в землю. Кроты не любят подозрительного шума. Они уйдут.
— Вот как просто… — удивилась Оля.
— Мы сделаем несколько штук…
— Можно и несколько, — сказала Мария Ивановна и взглянула на ручные часики. — Сейчас я тороплюсь. Проводите меня.
Провожать пошли всей компанией, кроме Кости. Ему поручили сейчас же унести кротов и выпустить их в лесу.
Приятно было прогуляться в хорошую погоду и послушать Марию Ивановну. Она любила рассказывать о колхозе: каким будет колхоз, когда ребята кончат школу, и каким они сделают его через несколько лет. Она показывала рукой на пригорок и говорила:
— Вот здесь мы с вами построим клуб. С колоннами, с большими светлыми окнами! А кругом разобьём сад. Прямо от деревни мы с вами сделаем дорожку, а по краям её посадим многолетние цветы: пеоны, флоксы… Достанем и розы…
Незаметно дошли до конюшни. Здесь уже стояла запряжённая лошадь. Мария Ивановна поблагодарила конюха, села в тележку и вспомнила:
— Ах да! Чуть не забыла! Ваня, зайди в правление. Там тебе и Зине письма лежат.
Бригадиры переглянулись и во весь опор помчались в правление. Следом за ними побежали и остальные.
„Здравствуй, Ваня!
Очень рада была получить от вас письма! Большое вам спасибо. Как хорошо, когда есть друзья. Саше, Боре и Васе передай мой самый, самый горячий привет. Я уже поправилась и хожу в школу. Скоро экзамены. Я боюсь, но не очень. Во время болезни приходили подруги и занимались со мной, чтобы я не отстала. С картофелем у нас всё в порядке, но я еще не ездила в совхоз. В городе тепло. Погода стоит солнечная, и все ходят в платьях. А меня заставляют носить пальто, потому что утром на улице прохладно. Серёжа тоже засел за уроки. Мы с ним опять немного поссорились. Он не хочет писать вам, сколько у нас получилось растений, а я не согласна. Что это за секреты? Он думает, что мы вас перегнали, а я думаю, что нет. Я тебе по секрету сообщаю. Сейчас у нас уже пятьсот сорок шесть растений. А картошек всего десять. Много? Правда? Но у вас, наверно, не меньше. Я в этом уверена“.
Прочитав эти строчки, Ваня усмехнулся. У городских юннатов на один клубень приходилось всего пятьдесят четыре с половиной растения, а у них уже больше ста.
„Мы всё время опаздываем, поэтому я и думаю, что вы не отстали. У вас хорошая руководительница и близко парник.
Пока всё. В другой раз напишу больше. Желаю вам всем выдержать экзамены на пятёрки.
Светлана“.
Часть четвёртая
39. Новые заботы
ПОХВАЛЬНАЯ ГРАМОТА
Выдана ученику пятого класса Рябинину Ивану. За отличные успехи и примерное поведение.
25 мая
В центре герб. Внизу нарисованы раскрытые книги, за ними стоит глобус, под ними две ветки. Слева, в овале, портрет В. И. Ленина, справа — И. В. Сталина.
Подписи учителей, заведующего школой и большая круглая печать.
Дед долго разглядывал грамоту, внимательно прочитал текст и одобрительно крякнул.
— Так! Перешёл, значит!
— Да.
— Хорошо! А грамоту выдали за успехи?
— Да.
— Хорошо!
Но этого старику показалось мало. Он сходил за очками, надел их и снова принялся разглядывать красиво оформленный лист. Под усами играла довольная улыбка.
— Так! Если грамоту получил, — значит, прилежно учился… Ну, а теперь что? Повесим на стенку?
— Зачем? Пускай лежит.
— А кто ещё получил грамоту?
— Зина Нестерова.
— Хорошо! Она прилежная. А Саша не получил?
— Нет. Но он хорошо перешёл.
— Никто из твоей бригады, значит, не остался?
— Нет. Все перешли… Ну, я пойду, дедушка.
Ваня надел фуражку, выбежал на улицу и оглянулся кругом. Сегодня всё выглядело иначе и всё казалось во много раз лучше. И солнце сияло сильней, и птицы пели громче, и ветерок дул ласковей, и зелень на деревьях и цветы и трава — всё было красивей.
Ваня учился отлично с первого дня поступления в школу, привык к пятёркам, но похвальная грамота до краёв переполнила сердце радостью.
Приятно будет написать в Ленинград: „Экзамены кончались ничего. Перешёл с похвальной“.
Особенно приятно, когда о похвальной грамоте узнает Мария Ивановна и скажет… „Что она скажет?“ — спросил он самого себя и не мог ответить.
Ведь учился он не для похвальной грамоты, а просто хочет знать как можно больше и как можно лучше. Ваня не мог понять, как это некоторые ребята получают двойки и даже „колы“. „Что они — сами себе враги, что ли?“ — думал он. Выходило именно так.
Возле парника никого нет. Картофель сильно подрос. Пора черенковать. Сейчас нельзя терять ни одного дня. Но вот вопрос — куда сажать черенки? Парников больше нет, — все заняты огурцами. Строить новые? Дело это не сложное. Котлован рыть не нужно. Холодный парник даже лучше. Но где достать рамы и стёкла?
Пока Ваня раздумывал над этим вопросом, тихо подошёл Саша и хлопнул его по спине.
— Что ты делаешь?
— Да вот не знаю, как быть… Смотри, как выросли. Надо бы черенки резать…
— Правильно!
— А куда сажать?
— А если в ящики?
— Это я думал. Много ли посадишь? Вон их сколько!
— А девочки как хотят? У них тоже полно.
— Не знаю.
Один за другим подошли Костя, Боря и Вася. Сегодня ребята принаряжены и настроены торжественно. Шутка сказать, — они шестиклассники! Положение обязывает. Мальчики еще не успели освоиться с этим новым положением и не знают, как себя держать.
— Как же с парниками быть? — спросил ребят Ваня.
Думали, гадали, но ничего лучше ящиков придумать не могли.
Совет пришёл со стороны.
За последние дни около „ребячьего парника“ часто останавливались взрослые колхозники и с любопытством смотрели на картофельную рассаду. Все видели, что детская забава превращается в серьёзное дело. Попрежнему оставалось только одно сомнение: вырастут ли клубни? Все знали, что если посадить в землю клубень, вокруг него образуются другие клубни. Картошка родит картошку, а тут одни стебельки.