Браво, Аракс!

Сигарета погасла. Бугримова помолчала, глядя на работающие «дворники», затем щёлкнула зажигалкой, прикурила.
- Или в публике даму в шубе с воротником увидит, начинает злиться, будто бешеный… А у них ведь инстинкт стадности. Один начнёт — все остальные следом, вся группа беснуется, рычит… Поди-ка, управься с ними. Ведь понимать их каждого надо — вот что самое главное… А попробуй пойми…
До Ленинграда мы добрались без происшествий.
Дождь кончился, но асфальт перед цирком ещё не просох.
На его глянцевой, чёрной поверхности отражались разноцветные огоньки бегущей рекламы:
СЕГОДНЯ
И
ЕЖЕДНЕВНО!
НАРОДНАЯ АРТИСТКА СССР
ИРИНА БУГРИМОВА!
СЕГОДНЯ
И
ЕЖЕДНЕВНО!
СЕГОДНЯ И ЕЖЕДНЕВНО…
В Ленинграде за месяц мы отрепетировали новую программу с клоунской группой.
Перед отъездом в Москву в проходной цирка мне вручили письмо.
- Это для Ирины Николаевны. Вы идёте в гостиницу? Передайте ей, пожалуйста…
Бугримова вскрыла конверт.
Из него на стол выпали тетрадный листок в косую линейку, сплошь испещрённый каракулями, и фотография, аккуратно завёрнутая в белую бумагу.
С серого, расплывчатого отпечатка на нас сквозь прутья решётки глядел Аракс.
- Это от девочки из зверинца, — тут же догадалась Ирина Николаевна.
И точно. На обратной стороне фотографии рукой Оксаны было написано:
ДОРОГАЯ ТЁТЕНЬКА БУГРИМОВА!
Вот этот лев, которого вы видели в зверинце.
Простите, что фото неясное. Это снимала я, Оксана, аппаратом «Смена».
А вот что было в письме:
ДОРОГАЯ ТЁТЕНЬКА БУГРИМОВА!
Обязательно приезжайте к нам. Это очень важно. Мы сейчас стоим в Кривом Роге. Приезжайте обязательно! С Араксом после Вашего отъезда что-то случилось. Раньше он был спокойным и ленивым, всё лежал в углу. А как Вы уехали, до сих пор волнуется, забыть Вас не может. То бегает по клетке, а то часами сидит грустный и смотрит сквозь решётку вдаль, будто кого-то ждёт…
Привет телетайпу!
Оксана.
Жду ответа, как соловей лета!