Сундук с проклятием. Чаша из склепа (сборник)

Любопытство все-таки победило усталость, и Антон, прежде чем расположиться для отдыха, решил сначала рассмотреть странный памятник. Едва ли не на цыпочках он подошел к нему, испытывая непонятный трепет. Памятник действительно был замечательным: такой мог бы стоять где-нибудь на площади или в парке, и возле него фотографировались бы туристы. Антон не понимал, почему он стоит в такой безвестности и запустении. По форме памятник одновременно напоминал и дверь, и раскрытую книгу. Казалось, будто он сейчас оживет и раскроется или перевернется очередная страница. Неизвестный скульптор явно знал свое дело. Антон подумал, что такое надгробие больше всего подошло бы какому-нибудь выдающемуся ученому.
По бокам этой своеобразной двери были нанесены загадочные символы, наводившие на мысль о древнеегипетских иероглифах. Посередине же, наверху, Антон обнаружил надпись на русском языке, сделанную филигранными, с украшениями, несколько неудобными для чтения буквами, напоминающими заглавные буквы в начале абзацев некоторых книг. Что обычно пишут на памятниках? Фамилию, имя, отчество человека, даты рождения и смерти да иногда еще несколько скорбных слов. Но эта надпись разительно отличалась от остальных. Антон прочитал: «Приветствую гостя перед дверью в вечность. Переступив порог, ты станешь равным богам и демонам. А может быть, даже приблизишься ко мне». Дальше следовал непонятный узор, настолько замысловатый, что Антон оставил попытки разобраться в изображенном, решив, что это вполне можно отложить на утро. В конце стояла дата: 13 мая 1903 года. Антон вздрогнул: выходит, прошло ровно сто лет, день в день. Казалось бы, в таком совпадении не было ничего страшного, но неприятный холодок по коже пробежал. Угораздило же его оказаться здесь именно в этот юбилей! Второй даты не было, и мальчик решил, что указан только день смерти похороненного здесь человека. Хотя, с другой стороны, место для второго числа было оставлено.
Антон недоуменно смотрел на надпись. Больше всего эти загадочные фразы напоминали бред сумасшедшего. Какие-то боги, демоны, порог в вечность… И даже не указано, кто здесь погребен. И дата всего одна. Вряд ли для неизвестного, без имени, без дня рождения, стали бы так стараться и возводить такой монумент. А тут еще какие-то иероглифы… И тут ему показалось, что он нашел решение. Ну конечно же! Здесь похоронен какой-то богач прошлого века, помешавшийся на оккультизме, мистике и прочих подобных вещах! Отсюда и странная форма, и чудная надпись, и место, выбранное вдалеке от главных аллей, где ходят люди. Поэтому и имени нет (мальчик вспомнил, как читал о том, что люди, верящие в магию, опасаются иногда называть свое настоящее имя, боясь, как бы узнавший его не приобрел над ними власть). Точно! Все сходится! И мания величия налицо. Ставит себя выше богов и демонов. Вот только удивительно: каким образом это надгробие так хорошо сохранилось? Неужели через столько лет беспокоятся родственники или единомышленники? А может, просто охраняют как памятник архитектуры? Тогда почему все вокруг так запущено? Ни дорожки нормальной, ни указателей.
Чем дольше Антон рассматривал памятник и узор на нем, тем больше ощущал, что в этих иероглифах есть что-то завораживающее. Ему казалось, что еще чуть-чуть, и он начнет понимать их и узнает, что же здесь написано. Блестящая черная поверхность притягивала его взгляд, как магнит железо. Как загипнотизированный, он поднял руку и приложил ее к странному узору над входом. Поверхность памятника оказалась совсем не холодной, а, напротив, необычайно приятной на ощупь. По телу пробежала волна тепла. И тут мальчик почувствовал странную истому. Все органы как будто налились свинцом. Даже мысли ворочались в голове с трудом. Антон еле доковылял до скамейки и рухнул на нее в забытьи.
 
Глава 3
Человек в черном
Проснулся он от неприятного ощущения, что за ним кто-то наблюдает. С трудом разлепив веки, Антон сначала не понял, где он. Но события этого вечера и ночи быстро восстановились у него в голове. «А что, если те типы все-таки нашли меня?» – промелькнула в голове тревожная мысль. Он рывком сел, готовый при малейшей возможности бежать. И тут он наконец увидел того, кто на него смотрел. Рядом с памятником, почти сливаясь с ним, стояла высокая стройная фигура в черном. Незнакомец завернулся в плащ, а на глаза была надвинута большая черная шляпа. К тому же он стоял спиной к лунному свету, так что разглядеть его получше не представлялось возможным. Выделялись только ослепительно черные блестящие глаза. Они сияли холодным светом, но при этом в них чувствовалась незаурядная сила воли и большая работа мысли. От незнакомца так и веяло леденящей сыростью, и Антон подумал, что теперь-то точно знает, что означает выражение «могильный холод».
«Значит, это все-таки случилось, – подумал мальчик, имея в виду, что его страхи материализовались. – Кто это? Призрак? Вампир? Или, может, сам дьявол?» Сейчас, напуганный донельзя, он готов был поверить во все, что угодно. Антон лихорадочно стал вспоминать всевозможные легенды о том, что надо делать, столкнувшись с нечистой силой. Вроде бы следовало прочитать какое-нибудь заклинание или молитву. Но ничего подобного он не знал. Что же оставалось? Кричать? Звать на помощь? Бежать? Последнее представлялось наиболее реальным. Антон попытался вскочить, но фигура в черном сделала властный жест рукой, и мальчик так и прирос к скамейке, с ужасом осознавая, что не в силах даже пошевелиться. Он хотел закричать в слабой надежде, что кто-то услышит и придет к нему на помощь, но не смог даже открыть рта.
– Сидите, не беспокойтесь! – раздался негромкий голос, и холодом повеяло еще сильнее. Он звучал почти по-человечески, но была в нем какая-то бесстрастность, словно у робота. – Раз уж пришли в гости, сидите. Располагайтесь как дома. – Речь была очень вежливой и какой-то старомодной, но в то же время звучала издевательски. – Ты знаешь, когда ходить в гости! – Внезапно незнакомец перешел на «ты». – Но, согласись, так быстро уходить при появлении хозяина невежливо.
– Ну что-то я заболтался! – продолжал человек в черном после солидной паузы. – Давно, знаешь ли, ни с кем не общался. – При этих словах у Антона мелькнула крамольная мысль, что не общался этот человек, если это, конечно, был человек, ни с кем последние сто лет. С тех пор, как умер. – А гостя надо угостить.
Как по волшебству (а может, просто он действовал так быстро, что Антон не смог уловить движений) в руке у него оказался большой кубок, судя по виду, серебряный, на котором сверкали алым цветом какие-то камни, наверное рубины. Артистичным движением незнакомец протянул кубок Антону. Мальчик при этом надеялся, что ему удастся хотя бы рассмотреть руки ночного пришельца и понять, принадлежат они обычному человеку или нет, но на них были надеты изящные черные перчатки. По форме же рука была тонкой, с длинными пальцами. Такая вполне могла бы принадлежать какому-нибудь пианисту. На одном из пальцев красовался серебряный перстень с таким же камнем, что и на кубке. На камне был вырезан символ, очень похожий на тот, к которому Антон совсем недавно так неосмотрительно прикоснулся.
Мальчик на время обрел способность двигаться, правда, очень ограниченную. Он мог пошевелить только одной рукой. При этом у него создавалось впечатление, что он не до конца ее контролирует и она действует частично против его воли; он следил за ней, как за чужой, только фиксируя взглядом производимые движения. Ему совершенно не хотелось что-либо брать из рук черного человека. Но рука медленно поднялась, словно сама собой, и взяла предложенный дар. Кубок оказался довольно тяжелым и прохладным на ощупь. Помимо рубинов, он был украшен какими-то иероглифами, как показалось Антону, такими же, как на памятнике или, по крайней мере, очень похожими. Даже неспециалисту было ясно, что вещь эта очень дорогая и редкая. Мальчик подумал, что из такой посуды вполне могли бы пить цари, а сейчас ей место в музее.