Сигнал надежды

Девушка лежала в кровати. Её пришли навестить Маша и Люся.
— А кто за меня дежурит?
— Новенькая.
— И как?
— Перемелется — мука будет, — ответила Маша неопределённо.
— Я твою песню всё время пою. Здорово, Таня! Не преувеличиваю, — сказала Люся.
— Светка, покажи им, где что, чаю попьём… Девки, я скоро встану? Надоело.
— А кто лёгкие в последний раз слушал?
— Николай Александрович. Сказал, что уже порядок, но велел ещё полежать. Я сама себе тетрациклин вкалывала. Светка мне ставит банки.
— Неужели научилась?
— А что, я хуже вас? — обиделась Света. — Только один раз маленько обожгла.
Маша предложила:
— А давай я тебе сейчас по-настоящему поставлю!
— Ты к Неониле ходишь? — забеспокоилась Таня.
— Хожу. Говорит — золотые ручки! Сейчас я тебе по одному старинному способу такие банки вкачу! Где спирт?
— Кончился, — сказала Света. — У нас другое есть. — И она вытащила из холодильника начатую бутылку «Столичной».
— Пойдёт, — сказала Маша.
Тем временем Люся уже приготовила всё необходимое для предстоящей процедуры.
— Значит, так. Берёшь в руку сразу четыре, — колдовала Маша, — и одна за другой — хлоп, хлоп, хлоп!
— Ого! — удовлетворённо вздохнула Таня.
— А мне Серёжа Лавров письмо прислал! — объявила во всеуслышание Светка.
— Опять печатными буквами, а про себя пароходик? — спросила Люся, которая была посвящена в тайну затянувшейся переписки.
— Никакими не печатными и никаких пароходиков! — ответила Света. — Он пишет, что не может без нас жить…
1977 г.