Дикая жизнь в лесу
И даже когда дождь кончился, ветер продолжал дуть — холодный, пронизывающий. Нигде ни сесть, ни прислониться: все сырое. Деревья противно шумели и при каждом порыве ветра стряхивали новый дождь капель. Капли стекали с каждой веточки, с каждого листочка, и весь лес был полон их стуканьем.
Костер потух, а кострище глубоко промокло. Сухих дров, чтобы разжечь новый, нигде не было: все сырое.
Везде было сыро и неприятно.
И в это время за деревьями загудела машина.
— За нами! — встрепенулся отец. — Бегите кто-нибудь за Колюнькой!
С помощью Глеба и Братца Кролика он начал собирать вещи. Гусь с Мишаней побежали к Синицам, чтобы разменяться с ними: им — их бредень, себе — своего Колюньку.
Гусь понес бредень в хату, а Мишаня направился к стоявшей среди двора старой рассохшейся лодке, где сидели Колюнька и Пэтя, рассматривая каких-то зверей в книжке.
— Це — я! — говорил Пэтя, тыча пальцем в какого-то кота на картинке. — Дывись, якой гарный: вусы великие! А ось — ты: рудый та пузатый..
Он показал на какого-то некрасивого зверька.
— Ни! — заливался смехом Колюнька, отбирая книжку и выискивая другую картинку. — Це — не ты! Не гарный! Ты — вот: голый хвост!.. А я вот — собачища, всех кусаю: ав-ав-ав-ав!
— А я — кот лесовой, усих царапаю: мя-я-я-я-яу!
Уронив книжку, они встали на четвереньки и начали царапаться икусаться, мяукая, лая, а в промежутках счастливо хохоча.
— А ну пошли! — сказал, подойдя, Мишаня.
— Куда? — с недоумением спросил Колюнька.
— Домой едем!
— Ни! — так замотал головой Колюнька, что Мишаня испугался, как бы она не оторвалась — Пэтя мне крота хочет казаты!
— Пошли, а то больше не возьмем! — сказал Мишаня, таща его за руку.
Колюнька смирился и пошел, то и дело оглядываясь на Пэтю, который печально смотрел ему вслед…
Когда машина уже медленно ехала по лесной дороге, запыхавшийся Пэтя выскочил из кустов ей наперерез, размахивая чем-то и отчаянно крича:
— Чиполлину забув!
— Тебе! — успел крикнуть ему Колюнька, а когда Пэтя скрылся из глаз, объяснил: — Пускай Чиполлинушка в лесу поживет вместо меня… Ему понравилось, стал дикий… И я тоже!..
…Снова машина ехала лесами, полями, деревнями, и все дальше делалась Синичка.
Но где-то за лесами, за полями — она была! Там мышь любовалась хлебными запасами, красивая черная крыса пересчитывала картошку и яблоки, Чиполлино привыкал к новой жизни, Синицы разговаривали про новых знакомых, под столетней ветлой покоился клад, а главное — в чистых заросших кувшинками заводях разгуливали на воле сазанчики, которые, конечно, все нашли друг друга в реке, — а как же иначе?