Тайна пишущей машинки

2
Алекс застыла с разинутым ртом.
– Зэкки, это сногсшибательно! – заявила она.
Адам почесал свою курчавую черную голову и скривил губы.
– И ты называешь это страшилкой? – Он вытаращил глаза. – Да это просто сказочка для малышей наподобие «Златовласки и трех медведей».
Я туго скрутил листки со своей писаниной и ткнул Адама в бок.
Адам рассмеялся, словно от щекотки.
– А по-моему, это настоящая страшился! – сказала Алекс. – Как ты ее назвал?
– «Приключение Кома-Пожирателя».
– Ой, держите меня! – Адам захохотал. – И ты сам все придумал?
Алекс так толкнула Адама, что он даже отлетел и повалился на диван.
– Что ты прицепился к Зэкки? – пробормотала она.
Мы собрались у Адама и сидели в комнате, которую его родители называли комнатой отдыха.
Комнатка была крохотной. В ней помещался только диван и телевизор.
Шли весенние каникулы, и мы болтались без дела, не зная, чем заняться. Накануне я засиделся до полуночи, сочиняя свой ужастик про монстра Пожирателя.
Я хочу стать писателем, когда вырасту. Я постоянно пишу страшные истории, а потом читаю их Адаму и Алекс.
Всякий раз у них одна и та же реакция. Алекс нравятся все мои рассказы. Она считает их настоящими ужастиками. Алекс говорит, что от моих историй ей по ночам снятся кошмары.
А Адам всегда утверждает, что они совсем не страшные и что он мог бы левой рукой накропать сотни историй пострашнее. Стоит только захотеть.
Но почему-то до сих пор не захотел.
Адам высокий, розовощекий и круглолицый. Он немножко смахивает на медвежонка. Он любит пихаться и бороться. Забавы ради. На самом деле он отличный парень.
Просто ему не нравятся мои рассказы.
– Ну и что тебя не устраивает на сей раз? – обратился я к нему.
Мы втроем едва поместились на диване. Не оставалось даже сантиметра свободного.
– На меня страшилки не действуют, – ответил Адам.
Он поймал на подлокотнике муравья, зажал его большим и средним пальцами и пульнул в меня. Но промазал.
– А по-моему, от рассказа просто жуть берет, – заметила Алекс. – Тебе хорошо удалось описание монстра.
– Глупо пугаться каких-то выдумок, – упорствовал Адам. – Особенно россказней об идиотском монстре.
– Но что-то ты все-таки боишься? – спросила Алекс.
– Ничего, – бахвалился Адам. – И фильмы на меня никакого страха не нагоняют. Я ничего не боюсь.
И тут рот у него широко раскрылся, и он в ужасе заорал.
Мы тоже завопили.
И все трое соскочили с дивана – по комнате пронесся истошный визг.
А на пол легла черная тень.