Хитрый ход

Что ж, это к лучшему. И Маня сломя голову понеслась к метро, чрезвычайно довольная собой.
А вот у Гошки с Лехой и девчонок день не задался. С утра они напрасно три часа прождали Виталия Антоновича, но он так и не появился.
– Мы его наверняка упустили, – сокрушенно сказала Ксюша. – Проворонили, как последние идиоты.
– Я ж говорил – надо встать пораньше, – ворчал Леха.
– Но мы и так ни свет ни заря из дому вышли, – сказала Саша, – хорошо еще, что мама опять на съемки уехала, а то и вовсе бы не вырваться.
– Да вообще-то это все фигня, – заметил вдруг Гошка. – Какое наше собачье дело, чем, как и с кем занимается этот тип. В конце концов, пусть гуляет. Рано или поздно его поймают. Так не все ли нам равно – рано или поздно?
– Но мы же знаем, что он преступник! – ; воскликнула Ксюша.
– Ну и фиг с ним, а я замерз!
– Гошка, я тебя не узнаю! – закричала Ксюша.
– Я, может, сам себя не узнаю! Ну и что с того? Вы как хотите, а я иду домой.
Ксюша внимательно посмотрела на Гошку.
– Кажется, ты заболел. Саш, посмотри, у него, по-моему, температура.
– Да ничего подобного! – отмахнулся Гошка. – Просто мне все надоело.
Но Саша протянула руку и пощупала Гошкин лоб.
– Да, конечно, у тебя температура! Идемте, его надо уложить и дать аспирин.
– Гошка, у тебя есть аспирин? – поинтересовалась Ксюша.
– Наверное, есть, – вяло отозвался Гошка. Он даже не отреагировал на Сашино прикосновение. Ему и впрямь было худо.
Через двадцать минут он уже лежал на диване, накрытый пледом, и пил шипучий аспирин.
– Гоша, надо позвонить твоей маме, – сказала Саша не терпящим возражений тоном. – Если мы этого не сделаем, она рассердится.
– Не надо, – слабо запротестовал Гошка.
– Надо!
И Саша позвонила Юлии Александровне в мастерскую.
– Юлия Александровна? Здравствуйте, это Саша Малыгина говорит. Вы знаете, Гоша заболел, у него высокая температура. Мы дали ему аспирин. Я думаю, вам надо это знать.
– Сашенька, милая, спасибо! Ты побудешь с ним до моего возвращения?
– Ну конечно, но я тут не одна. Еще Ксюша и Леха…
– Я буду минут через сорок! – пообещала Юлия Александровна. – Сашенька, пожалуйста, сделай ему чашку чаю с лимоном, да побольше, и заставь выпить. Ему сейчас надо много пить.
– Хорошо, – сказала Саша и тут же отправилась на кухню.
Гошку так трясло, что он почти ничего не соображал.
– Ксюха, а ты тоже хочешь все бросить? – шепотом спросил Леха.
– Нет, конечно, – покачала головой Ксюша. – Гошка заболел, но мы-то здоровы.
В котором часу этот тип обычно вечером собаку выгуливает?
– Примерно в полдевятого, в девять. Но что толку следить, как он с собачкой таскается? Зряшное дело.
– Почему зряшное? А если он опять к автомату попрется?
– Вообще-то да.
Тут в комнату вернулась Саша с большой кружкой чаю.
– Гоша, пожалуйста, выпей, – попросила она.
Гошка открыл глаза. Над ним склонялась Саша, ласковая, заботливая, она что-то говорила, потом села на краешек дивана. И даже поднесла к его губам чайную ложку с чаем.
– Выпей, Гоша, выпей обязательно, твоя мама велела.
– Ну, Сашка, ты просто настоящая сестра милосердия! – засмеялась Ксюша.
– Чем ржать, помогли бы лучше, – потребовала Саша.
– Девки, а вы вообще-то подальше держитесь, заразиться недолго, – предостерег Леха.
– Эх ты, – презрительно скривила губы Саша, – Друг называется.
– Ну, дружба дружбой, а микробы врозь, – проворчал Леха. – Ему что, лучше будет, если мы все свалимся?
– Мужская логика, – фыркнула Ксюша.
Вместе с Сашей они постепенно влили в Гошку весь чай. А вскоре уже появилась Юлия Александровна.
– Гошка, ну что за дела? – огорченно проговорила она. – Сейчас буду варить тебе клюквенный морс.
– Юлия Александровна, мы пойдем? – спросила Саша.
– Да, да, ребятки, ступайте, и спасибо вам.
Выйдя из квартиры, Леха спросил:
– Ну что будем делать? Саш, мы тут с Ксюхой решили вечерком все-таки последить за Витасиком.
– Я вечером не могу. Папа обещал заехать. Мы давно его не видели.
– Ладно, мы и сами справимся, – сказала Ксюша. – Не беспокойся.