Новобранец

— Вы на базовом курсе?
— Завтра начинаем. Мы приехали только вчера вечером. Меня зовут Каллум, а его Коннор. Помочь тебе дойти до раздевалки?
— Сам справлюсь, — ответил Джеймс.
* * *
— Сегодня у меня день рождения, — сообщила Эмми.
Они плавали в бассейне. У Джеймса от хлорки саднило царапины.
— И сколько тебе стукнуло? — поинтересовался Джеймс.
— Шестнадцать.
— Сказала бы раньше — я бы приготовил открытку или подарок какой, — упрекнул Джеймс девушку.
— У меня сегодня будет небольшая вечеринка. Заглянут несколько подруг и друзей. Хочешь прийти?
— Конечно, — отозвался Джеймс.
Приглашение обрадовало Джеймса гораздо больше, чем он готов был признать. Эмми ему нравилась. Такая красивая, и с ней всегда весело. Он был уверен, что она ему тоже симпатизирует, но скорее как младшему брату, а не как равному.
— Но сначала ты должен кое-что сделать.
— Что именно? — насторожился Джеймс.
— Доплыть от лестницы в середине бассейна до противоположного угла.
— Но это почти целая длина!
— Вот именно — почти. Ты сможешь, Джеймс. У тебя легкие стали гораздо сильнее. Основной курс начнется через девять дней, и если ты не справишься, придется ждать еще три месяца.
— И я три месяца буду учиться плавать. Не так уж плохо.
— Тебе дадут красную футболку, — предупредила Эмми.
— Заливаешь! Мне двенадцать лет, а красная — это для малышей.
— Нет, Джеймс. Красная футболка — для ребят, которые еще не готовы к базовому курсу. В основном — из-за того, что они слишком малы. Но ты будешь не допущен потому, что не умеешь плавать.
— Я буду на два года старше, чем все остальные красные. Да меня же с грязью смешают!
— Джеймс, не хочу тебя пугать, но если ты три месяца проходишь в красной футболке, жизнь у тебя будет не сахар.
— И всё-таки пугаешь!
— В этом есть и приятные моменты, Джеймс. Красным разрешают держать в комнате хомяка или бурундучка.
— Хватит надо мной издеваться, Эмми, — разозлился Джеймс. Он понял, что положение серьезно. Если на него напялят красную футболку, Кайл, Брюс и все остальные пацаны будут покатываться со смеху. Джеймс исполнился решимости проплыть дальше, чем прежде, и, разводя воду руками, зашагал к лестнице.
* * *
Он доплыл. Эмми обняла его.
— Из тебя выйдет толк, Джеймс.
Но сам Джеймс не был в этом уверен.
* * *
Дверь в комнату Эмми была приоткрыта, и музыка слышалась сразу же, как выходишь из лифта Комната была битком набита народом, не поместившиеся топтались вдоль стен коридора. Все были одеты по-обычному. После двух недель в лагере, среди зеленых брюк и высоких ботинок, Джеймс почти забыл, что на свете существуют юбки.
Эмми накрасила губы ярко-розовой помадой, в тон мини-юбке. Джеймсу стало не по себе, потому что все остальные ребята были старше него и он никого не знал. Заметив Джеймса, Эмми обернулась. В одной руке у нее была сигарета, в другой — банка пива. Она чмокнула Джеймса в щеку, перепачкав его помадой.
— Привет, Джеймс, — сказала Эмми. — Боюсь, завтра утром мне будет не до уроков плавания.
— Это и есть тот самый мальчишка, который не умеет плавать? — громко спросил парень, сидевший на полу.
Его услышали. Джеймсу показалось, что все смотрят на него и думают: ну и хлюпик!
— Малыш, хочешь пива? — спросил парень, стоящий возле холодильника.
Джеймс не знал, что ответить. Если сказать «да», над ним станут смеяться, потому что он еще слишком мал. А если отказаться, прослывешь слабаком Джеймс выбрал первое. Смеяться никто не стал. Джеймс ловко поймал брошенную банку и потянул за кольцо. Эмми выхватила банку у него из рук.
— Не давай ему пива, Чарли. Ему всего двенадцать!
— Да ладно тебе, Эмми, — сказал тот, кого назвали Чарли. — Давай напоим малыша. Это будет прикольно.
Эмми с улыбкой протянула пиво Джеймсу.
— Только одну банку, — сказала она. — Не больше! И никому не говори, что это мы тебя угостили.
* * *
Как-то раз Джеймс стащил у дяди Рона две банки пива и немного опьянел, но в этот раз всё получилось гораздо хуже. Все Эммины подружки словно влюбились в Джеймса без памяти. Они без конца угощали его пивом. Одна из них поцеловала его, и Джеймс зарделся. Тогда они все принялись его целовать, и вскоре его лицо покрылось губной помадой. Джеймс понимал, что они с ним забавляются просто потому, что захмелели, но всё равно приятно было находиться в центре внимания.
Кто-то из соседей пожаловался на шум, поэтому вечеринка переместилась на свежий воздух. Уже наступила полночь, давно стемнело. Веселая кампания тронулась в обратный путь.
— Подождите меня! — крикнул Джеймс. — Мне отлить надо.
Он побрел к деревьям. Внезапно земля под ногами исчезла Джеймс поскользнулся — сердце чуть не выскочило из груди — и, пролетев пару метров вниз по склону, плюхнулся в грязную канаву.
Джеймс с трудом поднялся на ноги, выплюнул затхлую воду. Он закричал, зовя на помощь, но за грохотом Эмминого бумбокса его никто не услышал.