Люда Влассовская

Но когда новое событие свершилось под кровлей джаваховского дома, нашему восторгу, казалось, не было конца: ровно через год после крещения у княгини Елены родилась дочь, которую назвали, в честь ее покойной кузины, Ниной.
— Это Христово дитятко, — убежденно говорила молодая мать, показывая нам всем на свое сокровище, — это Божья девочка… Ее прислало мне само небо от имени Иисуса, которого я познала!
У девочки были громадные глаза и прелестное личико. Это была по типу настоящая лезгиночка редкой красоты.
Но никто не ласкал ее так, как князь Георгий, находивший в лице ребенка поразительное сходство с другим личиком, личиком покойной Нины, еще более трогательным и милым, жившим постоянно в памяти всех нас…
И малютка как бы чувствовала это. Она тянула свои ручонки и радостно смеялась при одном появлении своего седого как лунь красавца дяди.
А на горийском кладбище прибавилась еще одна могила.
Под простым кипарисовым крестом, у подножия развесистой чинары, уснула последним сном старая Барбале, верой и правдой служившая всю свою жизнь славному роду Кашидзе и Джаваха.