Дело о черных археологах
Асино лицо побелело, она стояла, вцепившись двумя руками в стол, словно боялась упасть, и недоверчиво качала головой.
— Ты все еще мне не веришь? Тогда спроси у Антона Моисеевича, о чем они разговаривали с твоей бабушкой в последний день ее жизни. Она, может, оттого и умерла, что узнала о непорядочности Дани, о том, что он посягнул на дело жизни твоего деда. А она ему доверяла. Должно быть, сама дала ему почитать эти тетрадки, а он их скопировал в надежде в скором времени уничтожить. Но перед своей смертью она хорошо их спрятала, и он стал искать. Сразу он это сделать не мог, так как здесь жили твои родственники с собакой, а появился, когда дача опустела. Но неожиданно приехала ты. Это и была твоя первая встреча с таинственным «призраком».
— Боже мой, — прошептала девушка.
— Да-да. И это он, я уверен, сказал всем твоим гостям, чтобы они к тебе не приезжали, и сослался на какого-то Олега, который уехал за границу, чтобы эту ложь нельзя было проверить. Но они все равно приехали, и тогда начались все эти «несчастные случаи». Сам-то он, я так думаю, действительно поскользнулся на банановой шкурке и ногу подвернул, слегка, не сильно, но это навело его на мысль притвориться инвалидом, тем паче что у него уже была такая травма, о чем все знали, и изображать инвалида было нетрудно. А сделал он это, мне кажется, для того, чтобы оставаться днем одному и спокойно заниматься поисками. Но и ночью он тоже не мог спать спокойно, и когда из своей комнаты неожиданно вышел Юра, пришлось дать ему по голове подсвечником. Елочный шар, я думаю, он нарочно в коридоре бросил, чтобы хруст стекла предупредил его о появлении Жанны, а шкафчик в коридоре снял и неудачно повесил, вот он и упал на Мишу. И очки Антона Моисеевича спрятал тоже он. И тебе могло бы достаться, если бы ты не прислушалась к моему предупреждению не выходить по ночам из комнаты.
Широко раскрытыми глазами Ася в упор посмотрела на обвиняемого.
— Даня, неужели все, о чем он говорит, правда? Отвечай же!
Натянутая улыбка исказила губы молодого человека:
— Чушь!
— Тогда чего ты так волнуешься? — вскричал Ромка.
— Потому что меня обвиняют черт-те в чем. И я этого так не оставлю.
— А ты назови тему своей диссертации.
— Я не обязан это делать! — Круто развернувшись, Даня направился к выходу и с силой захлопнул за собой дверь.
— А костыли-то забыл! — крикнул ему вслед Ромка. — Ну и хорошо, теперь они мне пригодятся, я-то буду хромать по-настоящему.
Жанна кинулась к двери, посмотрела Дане вслед и взволнованно сказала:
— Он сейчас, знаете, что сделает? Уничтожит свою диссертацию, и ты, Ася, ничего не докажешь. И к ответственности за пожар его будет нелегко привлечь.
— А я и не стану его привлекать. Пусть катится ко всем чертям, не хочу больше его видеть!
— Правильно, мы сами отремонтируем твой дом, — шагнул к ней Миша и с благодарностью взглянул на Ромку, который избавил его от соперника. — Ася, мне так много надо тебе сказать.
— Скажешь еще. Ты ведь больше никуда не уедешь? — с надеждой спросила девушка.
— Никуда. Никогда.
— Что же теперь будет с работой твоего деда? — воскликнул Юра. — Если о содержании тетрадок знает Даня, то это уже не тайна.
— А если о ней пронюхают «черные» археологи? — обеспокоилась Лешка.
Все переглянулись, и в разговор вступил Антон Моисеевич:
— А мы их опередим! Я постараюсь найти спонсора, организовать большую экспедицию и уже следующим летом начать раскопки. Приложу для этого все усилия.
Представив себя во главе грандиозного предприятия, старый академик помолодел на глазах.
— Класс! А нас с собой возьмете? — робко спросил Артем.
— Возьмем, конечно, там всегда нужны рабочие руки.
— Ура! — заорал Ромка. — Люди, представляете, каким крутым будет наше следующее лето?
— Представляем, — радостно воскликнул Артем, а Лешка с Венечкой счастливо заулыбались.
А на веранду вбежал белый кот, вскочил на стол и принялся обнюхивать знакомые тетрадки.