Мой непутевый дедушка

Тахир перекинулся словом с Батыровым, тот показал знаками, чтобы Васька и дед заняли места в вертолете, и группа захвата двинулась в горы по пути к местной достопримечательности — пиале Рустама…
– … А все-таки жаль, что мы не нашли клада, — подпер щеку рукой Васька, чтобы удобнее было смотреть на медленно проплывающее внизу озеро Балхаш.
– Ничего не поделаешь, судьба. Эх, мог бы я заняться этим вопросом пораньше — до Ташкентского землетрясения. А теперь весь район пещер у пиалы Рустама безнадежно завален. Тектоника, понимаешь ли…
– Хорошо хоть фотография бабушки нашлась, — вздохнул Васька, — не пойму только: зачем ее Кожаный с собой таскал?
– Понимал, наверное, что она мне дорога. Не получилось бы тобой меня шантажировать, чем черт не шутит, попробовали бы со снимком Тамары. Мы, старики, с возрастом становимся сентиментальными…
– Что я теперь в школе скажу? — театрально закатил глаза Васька.
– Не боись, выкрутимся, — хлопнул его по плечу дед. — Главное, сейчас садись за учебники, надо сдать экзамены, а потом…
– Что — потом? — насторожился Васька.
– Суп с котом, — попытался отшутиться дед, но, видя, что Васька готов вцепиться в него репейником, ответил: — Есть у меня один приятель-спелеолог. Не съездить ли нам этим летом в Ходжикент, не заняться ли туризмом, а? Только никому — ни родителям, ни в школе!
– Хорошо, — кивнул Васька. — Только Ленке расскажу, ладно? Если бы не она, может быть, я и не догадался бы спрятать ту батарейку, что у источника нашел.
– Ну ладно, Ленке можно, если она, конечно, не болтушка, — милостиво разрешил дед.
– Ленка — девчонка классная, настоящий мужик, — брякнул Васька и сам засмеялся от нелепицы.
— Кстати, если не ошибаюсь, она тоже очень интересовалась спелеологией, пещерами и кладами… А, дед?