Собрание сочинений. Т. 5
Часть 27 из 164 Информация о книге
ВОРОБЬИ *
Серый домик в Медоне.За окошком — бугор.Скучно маленькой Тоне,—Дождик, тучки, забор.Вниз прошли человечкиТоропливым шажком.Мама гладит у печкиИ шуршит утюжком.Плеск дождя так несносен,—Плик да плик, — третий час…Для чего эта осень?Что ей нужно у нас?Даже мама не знает.Спросишь, — буркнет: «Отстань!»На балконе вздыхаетЧуть живая герань.Кукла спит на буфете,—Ножки задраны… Срам!Воробьишки, как дети,Закружились вдоль рам…Тоня носик прижалаК ледяному стеклу:Ай! Лазурь засияла,Улыбнулась сквозь мглу.«На балкончике, братцы,Хлебных крошек не счесть!»Но сначала — подраться,А потом и поесть.Все, должно быть, мальчишки:Ишь как дерзко пищат…Ткнут друг дружку под мышкуИ отскочат назад.Два столкнулись с разгона,Прямо в плошку торчком,Покатились с балконаИ взлетели волчком…Самый толстый — трусишка,Распушил свой живот,Подобрался, как мышка,И клюет, и клюет…Очень весело Тоне:Небо все голубей,—Если б прыгнул в ладониК ней толстяк-воробей!Подышала бы в спинку,Почесала б меж крыл,Он бы пискнул, как свинка,И глаза закатил.А она б ему спелаО медонской весне,Как трава зеленелаВ голубой тишине…Мама гладит сорочку.«Что ты шепчешь, юла?»Но сконфуженно дочкаГладит ножку стола…«Мы играем в пароход…» *
Мы играем в пароход…Полный ход!Гришка Бондарев — машина,Потому что он мужчина…Он залез под папин столИ топочет гулко в полКаблуками —И обеими рукамиУголь сам в себя сует…Полный ход!Я, конечно, капитан.На столе мой валкий мостик.Сто чертей, какой туман…Дядя Костик!Что же ты за рулевой?Эх, раззява!..Встань к камину головойИ держи на тучу вправо.Вестовой, тащи сюдаБочку с ромом и сигару.Ух, как треплет! Ерунда.Машинист, прибавь-ка пару…Что?! Взорвемся? Не беда.Саша, — старший брат, — труба,Потому что он высокий.Он гудит, надувши щеки,Так, что пот бежит со лба:«Гу! Дорогу! Берегись!»Искры ввысь,Дым, как черная акула…Ух, качнуло!Вдалеке утес, как мел.Над кормою вьется птица…Саша! Сашка! Что ж ты сел?!Ведь труба же не садится.А в каюте у столаПассажирка — леди Даша,Тетя наша,—На кушетку прилегла.Небеса краснее меди…Ропщут волны, хлещут в люк.О миледи,Не ломайте бледных рук!Я клянусь своею трубкой,Громом, молнией, совой,Пароходной нашей рубкойИ верблюжьей головой,—Что сегодня в ГонолулуДовезу вас к жениху…Эй вы, черти, там вверху!Привяжите пушку к стулу.Буря крепнет… Нос торчком…Волны — белые медведи…Вестовой, снеси-ка ледиВалерьяну с коньячком.С ПРИЯТЕЛЕМ *
Мой приятель, мальчик Вова,Ходит-бродит у дверей…«Что вы пишете?» — «Балладу».«Так кончайте ж поскорей!»Кончил. Тиснул промокашкой.Перевел блаженно дух…Вова в дверь. Стал лихо в позу,—Не мальчишка, а петух.Я сижу спокойно в кресле,А взбесившийся боксерЛупит в бок меня и в локоть,—Сбросил книжку на ковер…Только мне ничуть не больно.«Бей сильнее, пустяки!Отчего ж ты, милый, дуешьНа свои же кулаки?»И обиженный мальчишкаСел, как клецка, на кровать.«Потому что надо драться,А не локти подставлять».Драться? Что ж… Сдвигаю брови,Как свирепый Голиаф…Поперек схватил мальчишку,Размахнулся — и на шкаф.Посиди… Остынь немножко,Полижи, дружок, карниз.Через пять минут он сдался:Попросился кротко вниз.«Прочитайте мне балладу…»«Что ж в жару стихи читать…Лучше сбегай ты на кухню,—Будем пьянствовать опять».Вовка тащит воду, сахар,Выжималку и лимон.За окном платан смеется,Кошка вышла на балкон.«За твое здоровье, кошка!»Вовка фыркает в кулакИ лукаво морщит носик:«Дядя Саша, вы чудак…»