Алпамыш. Узбекский народный эпос(перепечатано с издания 1949 года)
— Всех шипов страданий в сердце не сочтешь, Истерзал мне грудь разлуки острый нож.
Эту кличку «евнух» объяснить прошу.Шахский сын, чалму из шелка я ношу!Тайну сна ночного днем я разрешу.Но огня тоски в душе не погашу, —Эту кличку «евнух» объяснить прошу.Девушки, с моей пришедшие сестрой,Весело жужжа, как пчел весенний рой,Вы меня задели кличкою такой.Стыдной клички «евнух» тайну мне открой.Милая моя сестрица Калдыргач!Грудь мою обиды разрывает плач,Стыд мой перед вами, девушки, горяч.Очень я обижен, хоть и не пойму,Евнухом я вами назван почему.На эти слова Калдыргач-аим так брату своему ответила:
— Бека иль тюрю такого где найдешь?То ль мужчина он, то ль баба, — не поймешь.Евнух — это тот, кто на тебя похож!..Схватки никогда с врагом не знавший — кто?В табуне коня не отобравший — кто?Сбрую скакуну не пригонявший — кто?Скакуна в походы не седлавший — кто?На кушак булат не нацеплявший — кто?И чужой дороги не топтавший — кто?И своей страны не повидавший — кто?На одном всегда сидящий месте — кто?Не скакавший в час беды к невесте — кто?Равнодушный к жениховской чести — кто?Это — евнух есть, и хуже есть ли кто?!.Ты не обижайся, — я тебе сестраИ тебе желаю счастья и добра.Срок уж на исходе, поспешить пора!Не спася Барчин, как сможешь сам ты жить?Дважды не умрешь, а Барчин-ай в беде, —Руки на себя ведь может наложить!Иль у кальмыков наложницею стать?Поезжай не медля, чтоб не опоздать,Чтобы за насилье калмыкам воздать!..Было тяжко мне письмо Барчин читать.Может ли она беде противостать?Пишет: каждый день повадясь гнать коней,Из пещер своих поганых ездят к ней,Волчьей жадной своры злей и голодней,Сто без десяти влюбленных калмыков,Сто без десяти незваных женихов,Силою грозя в пещеры увезти.Бедненькая, просит выручить, спасти, —Ведь она — одна, их — сто без десяти!Станешь ли, боясь далекого пути,Размышлять, мой брат, — итти иль не итти?Горьких слов моих обидой не сочти,—Родичей несчастных наших навести,Выручи Барчин, а калмыкам отмсти.Надо ехать, значит — собирайся в путь, —Жалким евнухом, Хаким-ака, не будь!Услышав эти слова, говорит Алпамыш сестре:
— Пешком, что ли, итти в эту страну?
Отвечает ему Калдыргач-аим:
— На девяноста пастбищах кони наши пасутся, — неужели же ни одного такого, чтоб оседлать можно было, не найдешь среди них? Если возьмешь седло и сбрую для коня и к Култаю в табуны отправишься, ты сможешь в путь поехать, оседлав любого понравившегося коня.
— Ну, хорошо! — сказал ей Алпамыш. Собрала Калдыргач-аим седло, сбрую, шлем, щит, оружие и прочие доспехи, связала все вместе, нагрузила на Хакима — послала его к Кул-таю. Встречает он по дороге отца, с охоты ехавшего. Посмотрел Байбури на сына с подозрением и говорит ему:
— Да не сякнет ключ твоих речей, сынок!Порази всех вражьих силачей, сынок!Добрый путь тебе, куда бы ты ни шел,Радость сердца, свет моих очей, сынок!Взяв припасы, взяв оружье, — без коня,Сбруей да седлом себя обременя,Ты куда идешь, скажи — утешь меня!Иль узнал худое от кого-нибудь?Или на охоту едешь ты, Хаким?Иль, ягненок мой, собрался в дальний путь?Ты куда идешь, скажи — утешь меня!Стан твой кушаком украшен золотым.Шалости прощают людям молодым,Но убьешь меня отъездом ты своим, —Да развеется отцовский страх, как дым!Путь куда ты держишь? Успокой меня!Э, сынок, не будь к словам отца глухим:Ты себя поступком не губи таким, —Одарю тебя конем я выездным!Ты скажи, в какой собрался край, сынок?Знаю, что вернешься, глаз моих зрачок,Но боюсь, в дороге б ты не изнемог:Тяжело в пустыне. Если путь далек,Как ты в путь такой поедешь, одинок?Ты куда идешь, очей моих зрачок?Услыхав такие слова отца своего, говорит Хаким:
— Э, умереть бы вам раньше, чем налог с брата вашего требовать!.. — Так сказав, отправился он своим путем.
Посмотрел ему вслед Байбури, подумал: «Умереть бы ему в младенчестве, — кто-то уже сказал ему!»
Поспешил Байбури домой. Приехал — смотрит, — ларец отперт, — письма того нет в ларце.
Снова сел он на коня и, по низинам скрываясь, поехал к пастуху Култаю, — Алпамыша опередил. Догадался Байбури, что Алпамыш тоже сюда направляется, — кто-то, наверно, из той чужой страны прибывший, весть ему сообщил.
«Плохо дело, — подумал Байбури. — Правда, очень сильным стал Алпамыш, но как ни силен, грозного крика испугается, а крика не побоится — и палкой побить можно». Приказал Байбури Култаю:
— Если явится он к тебе, изругай его, коня ни за что не давай, избей его хорошо палкой и прогони.
Сказал Култай: — Если от тебя приказа не будет, неужели дам коня Алпамышу?
Предупредив Култая, уехал Байбури.
Ничего об это не ведая, приходит следом за отцом Алпамыш. Приблизился он к Култаю, а Култай, укрук взяв и замахнувшись на Алпамыша, всячески его ругая, так кричит:
— Ты какой прельстился страной,Э, стервец-батыр озорной?Дело ты имеешь со мной!Для чего приплелся ты к нам?Что шатаешься по табунам?Что приглядываешься к коням?Никакого коня я не дам!Выдумал — в чужую страну!Прочь! Не дам коня сосуну!Прочь! Не лезь к моему табуну!Говорю — убирайся! Ну!Ты здесь не хозяин, стервец!Байбури ведь жив, твой отец!Я тебе скакуна отберу!Уши стервецу отдеру!В странствия пуститься решил?Бог тебя рассудка лишил!Палки ты моей не вкусил?Молод еще, — дома сиди!Прочь, стервец, меня не серди!Я с тобой не шутки шучу,Разуму тебя я учу.Встретишься в пути силачу —Кончит он тебя, байбачу!..
