Я и Костя, мой старший брат
— Очень! Очень!
— Снижаемся! Саша, крепче держись!
Мы подошли к старой иве, расщепленной грозой. Ствол лежал на земле, но ива жила. Это было могучее ветвистое дерево с громадной шапкой зелени. Нижние зеленые ветки касались земли, а верхние поднимались выше нашего роста, и сквозь их серебристо-зеленую гущину песчаный берег реки, и сама река, и даже небо над ней казались серебристо-зелеными. Мы плавно опустили Сашу на землю перед самыми ветками. Наташа взобралась на толстый поваленный ствол. И я вслед за ней.
— Еще нельзя снимать повязку! — сказала Наташа. — Я скажу, когда можно. Ты в царстве феи. Скоро она должна промелькнуть. Сейчас… сейчас… Еще немножко… Можно! Смотри!
Саша сорвал с глаз косынку, задев рукой ветки, возле которых он стоял. Ветки качнулись. Саша растерянно улыбнулся.
— Видел? Видел? — закричали мы.
Он поднял на нас свои доверчивые глаза:
— Видел… Только она очень быстро промелькнула. Она зеленая, да?
— Да! — с восторгом ответили мы. — Правильно! Она зеленоватая!.. Нежная такая, полупрозрачная!.. У нее на голове венок из одуванчиков. Такая она, да?
— Такая… И у нее на платьице сидела стрекозка.
— Молодец! — сказала Наташа. — Значит, ты успел. Теперь ты станешь счастливым на всю жизнь.
А я подумала: на всю жизнь — может быть, и нет… Хотя… А вдруг? Но в этот момент Саша и вправду был счастлив. Это было сразу видно по его глазам. Я и сама отчего-то чувствовала себя сейчас очень счастливой. Как будто и в самом деле увидела фею.
***
Много лет спустя я попала на выставку дипломных работ студентов художественных вузов. Я переходила от картины к картине — и вдруг внимание мое остановил один пейзаж. Я не сразу сообразила, чем именно. А когда поняла, сначала даже не поверила. Неужели это та самая ива, и бугорок, покрытый колокольчиками, и песчаная отмель, серебристо-зеленая сквозь густые ветки? На упавшем стволе стояла девочка с пепельными волосами, заплетенными в две косы. Серые, широко раскрытые глаза на худеньком лице, большой рот, длинные топкие ноги в белых носочках и сандалиях. Она казалась полупрозрачной в столбе солнечного света, который пробивался из-за узкого облака. Маленькая лесная фея Наташа. Такая, какой она была в двенадцать лет.
Фамилия художника ни о чем мне по говорила: А. Зернов. Александр?
Картина называлась: «Воспоминание о детстве». Жаль только, что меня не оказалось в этом воспоминании. А я ведь тогда стояла рядом с Наташей.
