У судьбы свои правила... (СИ)

Обезумев от желания, она выбросила вверх бедра, чтобы принять его в себя, как можно больше, удержать в себе. В ответ он прижал её еще крепче, их движения стали быстрее, лихорадочнее, дыхание сливалось. Ее тело выгнулось, прижимаясь к его телу, и крик, пронзительный и исполненный нежности, прозвенел в комнате, заглушаемый его губами.
А он последовал за ней, обвивая ее руками, притягивая к себе, его движения стали быстрыми и резкими.
– Да, да. – Наташа не сдерживала своих слез. Это были слезы радости. Они бежали по щекам, стекая в ее волосы. Ее бедра двигались в ритме его, и тут, не успев спуститься с головокружительных высот, она вновь воспарила.
Выкрикнув ее имя, Виталик сделал резкий толчок и вошел в нее целиком, заполнив собой ее пустоту и вместе с ней застигнутый острым наслаждением.
Прошло немало времени, прежде чем они сумели перевести дыхание. Целуясь, лаская, они молча смотрели друг на друга. Хриплым от страсти голосом, Наташа сказала, усмехнувшись:
– Никогда не пребывала такое в самолете, но мне понравилось. – И почувствовала, как мужчина в её объятьях усмехнулся.
– Я тоже не пробовал, но думаю, это войдет у меня в привычку. Так что тебе придется со мной постоянно летать. Я боюсь летать.
Наташа изумленно смотрела на Виталика, и улыбнувшись, добавила.
– И сколько нам еще лететь?
– Думаю, мы еще пару раз успеем. – Подмигнул он ей, и накрыл её смеющиеся губы своими.
Эпилог
– Мама, мама... – закричала, вбегая в гостиную девочка. – А Снежок нассал в Лешкины тапки. – Поделилась с Наташей новостью дочка.
– Весь в мамочку. Назвали на свою голову, теперь расхлебываем. – Заявил сидящий рядом Виталик, и увидел, как обиженный крестник входит в комнату. – Тебе туфли, обновили?
– Ага.
– А почему только Лешкиным башмакам достается? Папины он не трогает.
– Лен, наверное, Снежок просто вновь не хочет купаться в унитазе. – И Наташа взглянула на мужа, который принял ангельский вид.
– Он понятливый кошак, понял с первого смыва.
– По тебе Гринпис плачет.
– Я могу им сделать благотворительный взнос – подарить партию бумажных платочков. – Он получил от жены локтем в бок. – Все, все молчу.
В комнату за детьми вошли Евгений с Сергеем, и Игорем.
– Наташ, ты с каждым днем все краше и краше. – Сказал Сергей, целуя женщину.
– Лучше скажи правду, все толще и толще. Я уже на дирижабль похожа, и хожу, как утка.
– Неправда, не наговаривай на себя. – Промолвил Виталик, обнимая любимую, которая была на восьмом месяце беременности.
– А ваши как дела? – Наташа знала, что через неделю должны были выпустить Артема. Сергей, как и её муж, могли бы вытащить его из тюрьмы пораньше, но их обоих удивила мать Артема. Она сказала, что её сыну, самому пора взрослеть, и научиться отвечать за свои ошибки. И теперь отсидев срок, он выходил на свободу.
– Да, все нормально, Наташ. Мать конечно переживает, но когда я видел брата, вроде он повзрослел и набрался ума. А там уж видно будет, что из него получится. Наташ, я не поэтому поводу. У твоего брата скоро день рожденье. И я хотел, сделать заказ, какое-нибудь украшение.
– А у тебя уже есть замысел.
– Нет пока, думал, ты мне поможешь. – И посмотрев, на друзей спросил. – А вы что дарить будете?
– Я думаю подарить ему Снежка. – Сказал Виталик и отсел от жены. – Чтобы ему жизнь медом не казалась.
– А не боишься, что мой брат тебе удава подарит?
– Нет, он любит свою племянницу и сестру. Кстати, его малой хотел кисю.
– Хорошо, только бантик сам вязать ему на шею будешь. И не забудь кошачий наполнитель подарить.
– Без проблем, хоть тонну, пускай по дому рассыплет, должен же я хоть чем-то поразить своего друга. – И поцеловал свою смеющеюся жену. Жизнь с ней, каждый день дарила счастье и радость.
КОНЕЦ.