Агния Барто. Собрание сочинений в 3 томах. Том 3

 
 
Сорок внуков, ровно сорок,
 
Засучили рукава:
 
— С ней расправишься не скоро —
 
Ох и цепкая трава!
 
 
 
Но повыдергали
 
Траву,
 
Поработали
 
На славу.
 
 
 
Бабка ахнула:
 
— Поди-ка!
 
Ишь какая благодать!
 
 
 
Только где
 
Моя клубника?
 
Что-то ягод
 
Не видать!
 
 
1967
 
  
СТАРЫЙ ВЕЛИКАН
 
 
 
Старый дуб-великан,
 
Чуть не в три обхвата,
 
Ты тянулся к облакам,
 
Зеленел когда-то.
 
 
 
Старый дуб-великан,
 
Ты бедняга просто!
 
Нету веток по бокам,
 
Только чёрный остов.
 
 
 
Ураган тебя не снёс,
 
Буря не свалила,
 
Может быть, в одну из гроз
 
Молния спалила?
 
 
 
 
Нет, взобравшись на откос,
 
Ты, могуч и строен,
 
Боевую службу нёс
 
И погиб, как воин.
 
 
 
Партизаны на привал
 
Шли к тебе с разведки,
 
Ты собой их прикрывал,
 
Наклоняя ветки.
 
 
 
Зеленеть бы до сих пор,
 
Зеленеть тебе бы,
 
Но в ветвях скрывал дозор
 
Ты под самым небом.
 
 
 
И глядел дозорный
 
Будто с вышки горной.
 
 
 
Старый дуб-великан,
 
Чуть не в три обхвата,
 
Ты, спасая партизан,
 
Ранен был когда-то.
 
 
 
Летним утром ранним
 
Был смертельно ранен.
 
 
1967
 
  
СПА-А-АТЬ, СПА-А-АТЬ, ПО ПАЛАТКАМ…
 
 
 
Из серебряного горла
 
Раздавались звуки горна.
 
 
 
И гимнасты на лугу
 
Гнулись в лёгкую дугу.
 
 
 
Тут купались и плескались
 
И в далёкий путь пускались.
 
 
 
День прошёл своим порядком,
 
Затихает птичий свист.
 
 
 
— Спа-а-ать, спа-а-ать, по палаткам.
 
Под луной поёт горнист.
 
 
 
Спать девчонкам неохота,
 
И мальчишкам не до сна.
 
— Ну когда ж, — вздыхает кто-то,—
 
Будет ночь отменена?
 
 
 
Принимаются подружки
 
Перекладывать подушки,
 
Начинают их трясти,
 
Чтобы время провести.
 
 
 
Футболисты-непоседы
 
Еле движутся и те,
 
Расшнуровывают кеды
 
Долго-долго в темноте.
 
 
 
Разговор идёт в потёмках
 
О футболе и о том, как
 
Хорошо гулять в лесу
 
На заре, в шестом часу…
 
 
 
Но уже, зевнув украдкой,
 
Кто-то шепчет: — Замолчи…—
 
Спят, спят, по палаткам…
 
И по чьим-то голым пяткам
 
Ходят лунные лучи.
 
 
1967
 
  
СИЛЬНОЕ КИНО
 
 
 
Заранее, заранее
 
Всё было решено:
 
У школьников собрание,
 
Потом у них кино.
 
Домой придёт
 
Мой старший брат,
 
Он мне расскажет
 
Всё подряд,
 
Он объяснит мне,
 
Что к чему,
 
А я большая!
 
Я пойму.
 
 
 
И вот он начал
 
Свой рассказ:
 
— Они ползут,
 
А он им — раз!
 
А тут как раз
 
Она ползла,
 
А он как даст ему
 
Со зла!
 
Она им — раз!
 
Они ей — раз!
 
Но тут как раз
 
Её он спас,
 
Он был с ней
 
Заодно.
 
Ух, сильное кино!
 
 
 
Нет, видно, я ещё мала,
 
Я ничего не поняла.
 
 
1968
 
  
СЛОН И ВЕРЁВОЧКА
 
Кинокомедия
 
Высокий дом где-то на окраине Москвы. Балконы освещены солнцем, на них сушится бельё, проветриваются зимние вещи.
Две мамы одновременно появляются на соседних балконах. В руках у одной из них таз с мокрым бельём.
— Ну вот… А верёвка где? — удивлённо говорит одна мама.
— Так, опять верёвки нет! — возмущается другая на своём балконе.
— Катя! — кричит она вниз, во двор.
— Наташа! — с негодованием кричит другая, перегнувшись через перила.
Во дворе, во всех углах, взлетая, вертятся верёвочки. Девочки скачут на все лады с таким видом, как будто делают важное дело.
 
 
Я по улице скачу,
 
Я верёвочку верчу.
 
Сорок раз без остановки
 
Прыгну, если захочу… —
 
 
распевает Катя, девочка лет восьми, с длинными косами, в клетчатом платье. Она скачет особенно ловко и легко.
Все поют в такт своим прыжкам:
 
 
Я и прямо, я и боком,
 
С поворотом, и с прискоком,
 
И с разбега, и на месте,
 
И двумя ногами вместе.
 
 
Около дома, у стены, стоит Лидочка. Ей шесть лет, у неё очень короткие, торчащие в разные стороны косички. В руках у неё верёвочка, но Лидочка не прыгает, только поёт негромко:
 
 
Я и прямо, я и боком,
 
С поворотом, и с прискоком…