Крокодил

Там слон — забава для детей, 
Игрушка глупых малышей. 
Там человечья мелюзга 
Оленю теребит рога 
И буйволу щекочет нос, 
Как будто буйвол — это пёс. 
Вы помните, меж нами жил 
Один весёлый крокодил... 
Он мой племянник. Я его 
Любил, как сына своего.
Он был проказник, и плясун, 
И озорник, и хохотун, 
А ныне там передо мной, 
Измученный, полуживой, 
В лохани грязной он лежал 
И, умирая, мне сказал:
"Не проклинаю палачей,
Ни их цепей, ни их бичей,
Но вам, предатели друзья,
Проклятье посылаю я.
Вы так могучи, так сильны,
Удавы, буйволы, слоны,
Мы каждый день и каждый час
Из наших тюрем звали вас
И ждали, верили, что вот
Освобождение придёт,
Что вы нахлынете сюда,
Чтобы разрушить навсегда
Людские, злые города,
Где ваши братья и сыны
В неволе жить обречены!" -
Сказал и умер.
Я стоял 
И клятвы страшные давал 
Злодеям-людям отомстить 
И всех зверей освободить. 
Вставай же, сонное зверьё! 
Покинь же логово своё! 
Вонзи в жестокого врага 
Клыки, и когти, и рога!
Там есть один среди людей -
Сильнее всех богатырей!
Он страшно грозен, страшно лют,
Его Васильчиков зовут,
И я за голову его
Не пожалел бы ничего!"
Ощетинились зверюги и, оскалившись, кричат:
"Так веди нас за собою на проклятый Зоосад, 
Где в неволе наши братья за решётками сидят!
Мы решётки поломаем, мы оковы разобьём,
И несчастных наших братьев из неволи мы спасём.
А злодеев забодаем, искусаем, загрызём!"
Через болота и пески 
Идут звериные полки, 
Их воевода впереди, 
Скрестивши руки на груди.
Они идут на Петроград,
Они сожрать его хотят, 
И всех людей, 
И всех детей 
Они без жалости съедят. 
О бедный, бедный Петроград!