Юлианна, или Опасные игры.

– Это верно, – согласился Ангел Юлиус.
– Когда у бабушки Переход?
– Ее Хранитель Анастасий говорил, что Переход намечен на весну.
– Получается, что Юлия напоследок перед тем поухаживает за умирающей бабушкой, получит от нее последние духовные наставления, – задумчиво проговорил Юлиус.
– Да ведь моя-то Аннушка как горевать будет, если не простится с бабушкой! – воскликнул Иоанн.
– Почему не простится? На зимние каникулы твоя Аннушка приедет к отцу и все ему про Келпи расскажет, и он, надо думать, больше никого из сестер туда не отпустит. Вот твоя Аннушка и вернется в Псков.
– Может, он тогда и Жанну прогонит? – с робкой надеждой спросил Юлиус.
– Ну, это сомнительно, – сказал Петрус. – Вашу Жанну каленой молитвой из лома выжигать надо, а вот ее-то у Дмитрия Мишина пока и нет. В будущем разве что появится, ну да не будем вперед забегать… Еще вот что я тебе, Иоанн, советую: ты в оставшееся время займись-ка с отроковицей Анной английским языком, а то с ее познаниями ей в Келпи трудно будет, запутают ее.
– Хорошо, я займусь, Петрус, коли уж никак нам с ней от этой поездки не избавиться.
– Да ты не опасайся, я с тобой всегда на связи буду и помогу если что.
– Ну, если так, то благослови…
– Господь да благословит тебя, Ангел Иоанн, пройти с отроковицей Анной грядущие испытания и невредимо и благополучно возвратиться домой.
– Аминь, – сказали Хранители.
– Ну, и тебе, Юлиус, счастливого путешествия в Псков с отроковицей Юлией. Присматривай там, чтобы она не капризничала и бабушку не огорчала.
– Буду стараться изо всех сил. Да у нее сердечко-то умное…
– Сердце умное, да язычок дурачок! Ангел Юлиус виновато склонил голову.
– Ладно, не скорби. Ей как раз полезно походить за больной бабушкой: нет лучшей духовной школы для юной души, чем дела милосердия.
– Вестимо, – согласился Ангел.
Иоанн и Юлиус простились с Градохранителем, взлетели с купола и полетели на северо-запад.
– А все-таки славные у них девочки, – сказал Градохранитель Петрус, задумчиво глядя им вслед.