Письма (СИ)

- С Лютиком тоже! - гнёт свое Ник. – Как он орал адрес! Молодец!
- Между прочим, - тихо сказал я, - именно из-за твоего звонка меня чуть не убили…
- Не убили же! Ладно, дядя Толя был рядом, он быстро СОБРовцев вызвал, время позднее – пробок нет, домчали за час. Потом еще минут десять операция длилась…
- А как догадались, где нас искать? Быстро ведь нашли!
- А нам какой-то дядька сказал, что вы в его ауди сидите, он понял это по осадке машины, когда за Дударевым и Крюковым побежал.
Парни налили еще коньяка. И теперь выпили за восемнадцатилетние Рината.
- Мы с тобой! Мы рады, что ты нашёлся! У тебя все наладится! – желал Макс другу и выразительно взглянул на меня.
Ровно через пять минут после двенадцати все засобирались кто-куда. У всех есть новогодние вечеринки. Кроме меня. Но я тоже засобирался. Ник развернул меня от двери.
- Нет, Лютик! Ты остаешься! И не дай бог…
Мы с Фарой остались одни. Я сел на краешек его кровати.
- Адам! Прости Ника, и меня тоже… - прошептал Ринат. – Конечно, иди домой! Ты ничего не должен мне! Правда!
- Должен… хотя бы понять. Я останусь.
И я остался. Правда, мы промолчали два часа. Я не знал, что говорить. Любые истории, сюжеты и объяснения казались сейчас фальшивыми. Естественным было только молчание, обоюдное прислушивание друг к другу. Я разглядывал его левую руку, покоящуюся на простыне. Ухмыльнулся и положил на нее свою тонкую и маленькую. У меня мальчишеская, у него мужская. Но мы почти ровесники. Мне восемнадцать будет в сентябре! Мы разные. Он тоже разглядывал мою руку, смотрел грустно… Потом выбрался из-под моей ладони и пальцем стал водить по моему лицу, я позволял ему рисовать брови, нос, губы, линию подбородка. И это весь секс. И никаких приставаний, поцелуев, страстных порывов.
Я уснул рядом с ним, на его руке, прижавшись к его боку, практически свисая с кровати. И когда утром пожаловала медсестра, на нас наорали, и меня выперли из палаты. Я только успел сказать:
- Пока!
***
Бамс! Комком бумаги по башке прилетела записка! Физичка, Наталья Юрьевна, тут же отреагировала:
- Лютый! Что за переписка на уроке! Скоро ЕГЭ, а у вас всё игры на уме! Сафаров! Не нужно отпираться! Я видела, кто кинул! К доске!
Ринат, хромая, идет между партами.
А я разворачиваю листочек. Написано. От руки. Мне.
«Адам!
Я так горжусь тобой! Ты просто демон, когда танцуешь. Я ничего не понимаю в этих па, но я понимаю тебя, твои движения, они честные и смелые. Ты становишься не Лютиком, а Лютым! Ведь это неправда, что ты пообещал Бетхеру станцевать ему тет-а-тет? Я его шутки, видимо, перестал понимать! Я наивный идиот. В общем, фингал у него под глазом - это от меня.
Ты пойдешь сегодня в кино со мной? В этот раз без повязки. Если я вместо фильма буду смотреть на тебя, можешь мне треснуть по лбу. Я обещаю, что буду стараться, посмотрю, наконец, на игру Д.Деппа! Короче, билеты я уже купил. И мама звала тебя в гости…
Дашь списать матешу?
Повернись ко мне! Умираю - хочу посмотреть на твои глаза! Я тебя л.»
Хм. Опять письмо? Ринат в школе практически не разговаривает со мной, не подходит. Смущается, если подхожу я. Ему легче написать. Сегодня целое письмо, не записка! Номер восемь, число бесконечности, он не остановится… Пока я не остановлю. А мне нравятся его письма, его сломанный нос, робкие губы, железные руки и застенчивые серые глаза… Не остановлю.
от автора:
Жаль, что на этом сайте нельзя писать кластерные произведения: примерно с шестого письма можно было бы уйти по ссылочкам на три возможных варианта. 1) Писатель Фара 2) Писатель Ник 3) Писатель Бетхер.
Второй вариант закончился бы плохо для Лютика, а третий - для писателя.
И еще, с трудом удержал себя от того, чтобы одного из друзей не сделать гадом, который определил Фару к Дудареву. Этот вариант закончился бы плохо для меня)))
Комментарий к Письмо восьмое