Сказки острова Бали

- Господин змей, проглоти меня! У меня нет сил жить в такой нищете!
Змей ответил:
- Нет, Прыщик, ты не вправе просить себе смерти. Но ты голоден, дружок? Залезай в пещеру и возьми то, что надето на моем хвосте.
Мальчик полез в пещеру, пробрался вдоль хребта змея до самого кончика хвоста и снял с него кольцо. Это было золотое кольцо в виде змеи, которая кусала себя за хвост.
- Господин змей! - сказал мальчик. - Я нашел кольцо в виде змеи.
- Правильно, - отвечал змей. - Если ты попросишь у этого кольца риса, оно сразу выполнит твое желание. - Сказал это змей и тут же исчез.
Мальчик благоговейно сложил ладони и сказал:
- Какой бог принял обличье змея, чтобы спасти меня? Да будет надо мной и дальше его благословение!
Потом он попросил у змеиного кольца риса, и тотчас пред ним оказалось большое блюдо риса с мясом. Прыщик наелся и заснул в пещере змея глубоким сном.
Следующее утро он снова начал с хорошей порции риса, а потом отправился в путь, потому что не хотел возвращаться в родную деревню. Шел он, шел и услышал удары топора. Удары раздавались один за другим без передышки. «Что за усердный работник»,- подумал мальчик. Скоро он заметил, что тропа вышла из высокой травы и идет теперь мимо кустарников с красными листьями, которые обычно сажают возле храмов; там и сям между кустами мелькали маленькие алтари.
«Наверное, я иду к обители отшельников»,- подумал мальчик. И в самом деле, он вышел на расчищенную площадку и увидел сосны, вершины которых раскачивались на ветру. «Здесь, наверное, живут люди, которые углубились в Священное писание», - подумал он.
А удары топора раздавались все ближе и ближе. Наконец Прыщик увидел и сам топор. Но человека не было. Топор рубил сам! Крах-бум! Упало подрубленное дерево, и топор перескочил к следующему. Мальчик стоял раскрыв рот и наконец спросил:
- Как это выходит, топор, что ты работаешь сам по себе?
Тогда из хижины вышел отшельник.
- Господин, чей это топор? - спросил мальчик.
- Мой.
- Хотите поменяться? Я вам дам кольцо-змею, которое по первому слову готовит рис с мясом, а вы мне - топор!
Прыщик показал, как змеиное кольцо его слушается, и отшельник согласился.
Теперь мальчик пошел дальше с топором на плече. Шел, шел и проголодался. Вот бы змеиное кольцо пригодилось, а его нет. Топор не накормит. Подумал Прыщик и повернул назад к отшельнику.
- Не сердитесь, пожалуйста, - сказал он, - но я передумал. Возьмите свой топор и отдайте мне мое змеиное кольцо.
Отшельник сурово ответил:
- Не говори глупостей! Ты сам хотел поменяться. За кого же ты меня принимаешь? Я не ребенок, чтобы играть с тобой в мену. Ты видишь, у меня седые волосы. Я не занимаюсь пустыми забавами. Что сделано, то сделано.
Хочешь не хочешь, пришлось Прыщику идти дальше голодным. Шел он, шел и пришел к заброшенному храму. Стена, окружавшая храм, была покрыта мхом и папоротником, лианы опутывали храмовые строения и алтари, а сквозь ступени к трону солнца (Трон бога солнца (сангга агунг или падмасана) - резной каменный трон на высоком основании, здесь во время священно-служения незримо восседает бог солнца (Батара Сурья), бывший, по-видимому, верховным божеством балийцев до распространения здесь шиваизма; в настоящее же время отождествляется с Шивой) проросло целое дерево. Мальчик решил очистить храм. Он вытащил свой резак, соскреб мох и папоротники, а потом велел топору срубить молодое дерево, проросшее в ступенях, и другие деревья, окружившие храм, чтобы снова, как прежде, храм стоял на прогалине, открытой лучам солнца.
Это, должно быть, был очень святой храм, потому что у пагоды было одиннадцать крыш. Когда мальчик все расчистил, он захотел поклониться божеству, но внезапно начался проливной дождь, и пришлось укрыться под пагодой (Т. е. в «преисподней» меру (см. примеч. 8 к № 3)). Только когда дождь кончился, мальчик вышел из-под пагоды и сел перед ней, сложив ладонь к ладони.
Тут раздался голос из незримого мира:
- Мальчик, кто тебе велел очистить мой храм?
- Никто, досточтимое божество. Мое сердце велело мне сделать это.
- Что ты хочешь в награду?
- Я слишком глуп, чтобы решить это, всеблагой. Тогда продолжай свой путь, а я позабочусь, чтобы все тебе удавалось.
Мальчик очень обрадовался и бодро пошел дальше. Скоро он дошел до обработанных полей. Но что-то в этой местности было не так. Среди бела дня деревенские улицы пусты, да и на полях ни души. Только на базаре сидела старушка, торговавшая рисом. Она взглянула на мальчика, тощего, покрытого чирьями, и спросила:
- Хочешь поесть? Сегодня у меня все равно нет покупателей.
Хочет ли он есть! Еще бы! Она дала ему большую миску риса (По всей вероятности, ляпсус немецкой переводчицы: как во время домашних трапез, так и в походных ресторанчиках рис накладывается на банановые листья, которые затем выбрасываются, о чем говорится в нескольких сказках этого сборника), и вот, когда он наелся, он спросил старушку:
- Что тут делается, матушка? Куда подевались люди? Старушка со вздохом ответила:
- Худо здесь, паренек. Каждый день прилетает огромная прожорливая птица Гаруда (Гаруда - в индийской мифологии царь птиц и смертельный враг змей, носящий на спине бога Вишну. У балийцев, как и у многих других народов Юго-Восточной Азии и Южного Китая, гаруда приобретает демонические черты, что отчасти объясняется широко распространенным здесь почитанием змей) и уносит людей. Поэтому никто не решается выйти. А теперь эта страшная птица потребовала принцессу, не то она сожрет раджу и его супругу. Если ты немного подождешь, увидишь, как торжественно понесут принцессу к месту для жертвоприношений.
- Какой ужас! - сказал Прыщик. А про себя подумал: «Кто знает, может быть, мой топор поможет общему горю?»
Тут раскрылись ворота дворца и медленно, печально из него вышло шествие. Принцессу несли в паланкине, одетую во все белое, потому что она посвящена была смерти. За носилками шли жрецы и слуги. Они пели торжественные погребальные песни и то и дело с опаской поглядывали на небо, не летит ли уже Гаруда. Прыщик пошел вместе с ними и дошел до кладбища (Балийское кладбище (сема) - место, где погребенные часто довольно длительное время дожидаются дорогостоящей кремации. Что же касается балийских «староверов» (бали ага или бали мула), то у них покойных иногда оставляют на кладбище на растерзание диким зверям и хищным птицам - обряд, «опровергаемый» нашей сказкой). Здесь принцессу уложили на бамбуковый помост и отошли подальше. Все, кроме Прыщика. Когда придворные исчезли, он взобрался на помост к принцессе. Она удивленно спросила его:
- Что ты здесь делаешь? Поберегись, иначе Гаруда и тебя съест. Беги прочь, пусть чудовище найдет только меня.
- Простите мне, досточтимая принцесса, но я не могу вам повиноваться. Я хочу убить Гаруду.
Ты решил сразиться с Гарудой? - Принцесса села, не веря своим ушам, и во все глаза разглядывала Прыщика.
- Да, я решил убить Гаруду.
Тут луч надежды промелькнул на лице принцессы. Разве не случаются на свете чудеса?
- Друг, - сказала она, - если ты спасешь меня, я всю жизнь буду служить тебе.
Прыщик стоял перед принцессой в повязке из мешковины. Но она была на пороге смерти, и ей было все равно, как он выглядит: этот паренек обещал ее спасти.
Внезапно тень от крыльев огромной птицы закрыла половину земли. Но прежде чем туловище достигло помоста, мальчик приказал своему чудесному топору отрубить Гаруде голову, и топор одним махом выполнил это приказание. Птица со страшным шумом упала на землю.
Тут выбежали из своих домов люди, жившие поблизости, и заполнили кладбище. Они кричали от радости. Погибло чудовище, каждый день пожиравшее их братьев, сестер, детей! Ударили в деревянный колокол (Деревянный колокол (кулкул) - тесанный на четыре грани и частично выдолбленный брус, по которому стучат колотушкой) - и скоро из ворот дворца вышла праздничная процессия с музыкантами и копейщиками, а посредине несли золотой паланкин для спасенной принцессы.