2х2 = 4 1/2
– Не всегда, однако, дважды два бывает и шесть. Вот что произошло в славном городе Дамаске. Один человек, предвидя надобность в мелкой монете, пошел к разбойнику…
У арабов, мой друг, нет еще слова «банкир». И они по-старому говорят просто «разбойник».
– Пошел, говорю я, к разбойнику и разменял у него два золотых на серебряные пиастры. Разбойник взял за промен и дал человеку серебра на полтора золотых. Но случилось не так, как предполагал человек, и надобности в мелкой серебряной монете ему не представилось. Тогда он пошел к другому разбойнику и попросил его обменить серебро на золото. Второй разбойник взял столько же за промен и дал человеку один золотой. Так дважды разменянные два золотых превратились в один. И дважды два оказалось один. Вот что случилось в Дамаске и случается, шейхи, везде.
Шейхи, слушая это, пришли в неописанный восторг:
– Вот чему учит жизнь. Настоящая жизнь. А не какие-то там избранные арабы, дети несчастия.
Они подумали и решили:
– Избранные арабы сказали, будто дважды два четыре. Но жизнь их опровергает. Нельзя издавать нежизненных законов. Шейх-уль-ислам говорит, что дважды два бывает шесть, а визирь, ведающий торговлю, указал, что дважды два бывает и один. Чтоб сохранить полную самостоятельность, собрание шейхов постановляет, что дважды два пять.
И они утвердили закон, постановленный избранными арабами.
– Пусть не говорят, будто мы их законов не утверждаем. И изменили только одно слово. Вместо «четыре» поставили «пять».
Закон читался так:
– Объявляется законом, незнанием которого никто отговариваться не может, что всегда и при всех обстоятельствах дважды два будет пять.
Дело поступило в согласительную комиссию. Везде, мой друг, где есть «несчастие», есть согласительные комиссии.
Там возник жестокий спор. Представители совета шейхов говорили:
– Как вам не стыдно спорить из-за одного слова? Во всем законе вам изменили только одно слово, и вы поднимаете такой шум. Стыдитесь!
А представители избранных арабов говорили:
– Мы не можем вернуться без победы к нашим арабам!
Долго спорили.
И, наконец, представители избранных арабов решительно объявили:
– Или вы уступите, или мы уйдем!
Представители совета шейхов посоветовались между собою и сказали:
– Хорошо. Мы сделаем вам уступку. Вы говорите четыре, мы говорим пять. Пусть будет ни для кого не обидно. Ни по-вашему, ни по-нашему. Уступаем половину. Пусть дважды два будет четыре с половиной.
Представители избранных арабов посоветовались между собою:
– Все-таки лучше какой-нибудь закон, чем никакого.
– Все-таки мы заставили их пойти на уступку.
– А больше не добьешься.
И объявили:
– Хорошо. Согласны.
И согласительная комиссия от избранных арабов и совета шейхов объявила:
– Объявляется законом, незнанием которого никто отговариваться не может, что всегда и при всех обстоятельствах дважды два будет четыре с половиной.
Об этом было возвещено чрез глашатаев на всех базарах. И все были в восторге.
В восторге были визири:
– Дали урок избранным арабам, чтоб даже дважды два четыре провозглашали с оглядкой.
В восторге были шейхи:
– Не по-ихнему вышло!
В восторге были избранные арабы:
– Все-таки совет шейхов принудили пойти на уступки.
Все поздравляли себя с победой.
А страна?
Страна была в величайшем восторге. Даже куры, – и те весело проводили свое время. Такие-то бывают, мой друг, на свете арабские сказки.