Сказки русских писателей. Том 7

  
Теремок
 
 [47]
тоял в лесу дуб. Толстый-претолстый, старый-престарый.
Прилетел Дятел пестрый, шапка красная, нос вострый.
По стволу скок-поскок, носом стук-постук — выстукал, выслушал и давай дырку долбить. Долбил-долбил, долбил-долбил — выдолбил глубокое дупло. Лето в нем пожил, детей вывел и улетел.
Миновала зима, опять лето пришло.
Узнал про то дупло Скворец. Прилетел. Видит — дуб, в дубу — дырка. Чем Скворцу не теремок? Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
Никто из дупла не отвечает: пустой стоит терем.
Натаскал Скворец в дупло сена да соломы, стал в дупле жить, детей выводить.
Год живет, другой живет — сохнет старый дуб, крошится; больше дупло — шире дыра.
На третий год узнал про то дупло желтоглазый Сыч. Прилетел. Видит — дуб, на дубу — дырка с кошачью голову. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, теперь я живу — Скворец, первый в роще певец. А ты кто?
— Я — Сыч. Попадешься мне в когти — не хнычь. Ночью прилечу — цоп! — и проглочу. Ступай-ка из терема вон, пока цел!
Испугался Скворец Сыча — улетел.
Ничего не натаскал Сыч, стал так в дупле жить, на своих перышках.
Год живет, другой живет — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнала про то дупло Белка. Прискакала. Видит — дуб, в дубу — дырка с собачью голову. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, теперь я живу — Сыч. Попадешь мне в когти — не хнычь. А ты кто?
— Я Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка. У меня зубы долги, востры, как иголки. Ступай из терема вон, пока цел!
Испугался Сыч Белки, улетел.
Натаскала Белка моху, стала в дупле жить.
Год живет, другой живет — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнала про то дупло Куница.
Прибежала, видит — дуб, в дубу — дыра с человечью голову. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, жил Сыч, попадешь ему в когти — не хнычь, теперь я живу, Белка, по веткам скакалка, по дуплам сиделка. А ты кто?
— Я — Куница, всех малых зверей убийца. Я страшней Хоря, со мной не спорь зря. Ступай-ка из терема вон, пока цела!
Испугалась Белка Куницы, ускакала.
Ничего не натаскала Куница, стала так в дупле жить, на своей шерстке.
Год живет, другой живет — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнали про то дупло пчелы. Прилетели. Видят — дуб, в дубу — дыра с лошадиную голову. Кружат, жужжат, спрашивают:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, жил Сыч, попадешь ему в когти — не хнычь, жила Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка, теперь я живу — Куница, всех малых зверей убийца. А вы кто?
— Мы пчелиный рой — друг за дружку горой. Кружим, жужжим, жалим, грозим большим и малым. Ступай-ка из терема вон, пока цела!
Испугалась Куница пчел, убежала.
Натаскали пчелы воску, стали в дупле жить. Год живут, другой живут — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнал про то дупло Медведь. Пришел. Видит — дуб, в дубу — дырища в целое окнище. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, жил Сыч, попадешь ему в когти — не хнычь, жила Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка, жила Куница — всех малых зверей убийца, теперь мы живем — пчелиный рой, друг за дружку горой. А ты кто?
— А я Медведь, Мишка, вашему терему крышка!
Влез на дуб, просунул голову в дупло — да как нажал!
Дуб-то пополам и расселся, а из него — считай-ка, сколько лет копилось:
 
 
шерсти,
 
да сена,
 
да воску,
 
да моху,
 
да пуху,
 
да перьев,
 
да пыли,
 
да пх-х-х!..
 
 
Теремка-то и не стало.
  
Лесной Колобок колючий бок
 
 [48]
или-были старик со старухой — те самые, от которых Колобок укатился. Пошли они в лес. Старик и говорит старухе:
— Глянь-ка, старуха, никак, под кустиком-то наш Колобок лежит?
Старик плохо видел, да и у старухи глаза слезились. Наклонилась она поднять Колобок — и наткнись на что-то колючее. Старуха: «Ой!» — а Колобок вскочил на коротенькие ножки и покатил по дорожке.
Катится Колобок по дорожке, навстречу ему Волк:
— Колобок, Колобок, я тебя съем!
— Не ешь меня, Серый Волк, я тебе песенку спою:
 
 
Я лесной Колобок — колючий бок!
 
Я по коробу не скребен,
 
По сусеку не метен,
 
На сметане не мешен.
 
Я под кустиком рос,
 
Весь колючками оброс,
 
Я на ощупь нехорош,
 
Меня голыми руками не возьмешь!
 
Я от дедушки ушел,
 
Я от бабушки ушел.
 
От тебя, Волк, подавно уйду!
 
 
Волк рассердился — хвать его лапой! Колючки в лапу впились — Волку ой больно! А Колобок подскочил и покатился по дорожке, только его Волк и видел!
Катится Колобок, навстречу ему Медведь:
— Колобок, Колобок, я тебя съем!
— Где тебе, косолапому, съесть меня!
 
 
Я лесной Колобок — колючий бок!
 
Я по коробу не скребен,
 
По сусеку не метен,
 
На сметане не мешен.
 
Я под кустиком рос,
 
Весь колючками оброс,
 
Я на вкус нехорош,
 
Меня в рот не возьмешь!
 
Я от дедушки ушел,
 
Я от бабушки ушел,
 
Я от Волка ушел.
 
От тебя, Медведь, подавно уйду!
 
 
Медведь разозлился, хотел его в пасть схватить, — губы наколол, — ой, больно! А Колобок опять покатился, только Медведь его и видел. Катится Колобок, навстречу ему Лиса:
— Колобок, Колобок, куда катишься?
— Качусь по дорожке.
— Колобок, Колобок, спой мне песенку! Колобок и запел:
 
 
Я лесной Колобок — колючий бок!
 
Я по коробу не скребен,
 
По сусеку не метен,
 
На сметане не мешен.
 
Я под кустиком рос,
 
Весь колючками оброс,
 
Я кругом нехорош;
 
Как меня ты возьмешь?
 
Я от дедушки ушел,
 
Я от бабушки ушел,
 
Я от Волка ушел,
 
От Медведя ушел.
 
От тебя, Лисы, не хитро уйти!
 
 
И только было покатился по дорожке, Лиса его тихонечко, одними коготками, толк в канаву! Колобок — плюх в воду. Мигом развернулся, заработал лапками, поплыл. Тут все и увидели, что это совсем не Колобок, а настоящий лесной еж.