Свой среди своих
– Грань каждый определяет самостоятельно. Это приходит.
Она задумчиво посмотрела на меня:
– Антон, а ведь такие вопросы задает каждый новичок. Верно?
– Верно. – Я улыбнулся.
– И ты привык на них отвечать, знаешь набор готовых ответов, софизмов, примеры из истории, аналогии.
– Нет, Света. Не в этом дело. Просто Темные такие вопросы вообще не задают.
– Откуда тебе знать?
– Темный маг может исцелять. Светлый маг может убивать, – сказал я. – Это правда. Знаешь, в чем все отличие между Светом и Тьмой?
– Не знаю. Этому нас не учат почему-то. Трудно сформулировать, вероятно?
– Совсем не трудно. Если ты думаешь в первую очередь о себе, о своих интересах – твоя дорога во Тьме. Если думаешь о других – к Свету.
– И долго туда придется идти? К Свету?
– Всегда.
– Это ведь только слова, Антон. Игра словами. Что говорит опытный Темный новичку? Быть может, такие же красивые и правильные слова?
– Да. О свободе. О том, что каждый занимает в жизни то место, которое заслуживает. О том, что любая жалость унижает, о том, что подлинная любовь слепа, о том, что настоящая доброта беспомощна, о том, что истинная свобода – свобода от всех.
– Это – неправда?
– Нет. – Я кивнул. – Это тоже часть правды. Света, нам не дано выбрать абсолютную истину. Она всегда двулика. Все, что у нас есть, – право отказаться от той лжи, которая более неприятна. Знаешь, что я в первый раз говорю новичкам о сумраке? Мы входим в него, чтобы получить силы. И плата за вход – отказ от части правды, которую мы не хотим принимать. Людям – проще. В миллион раз проще, со всеми их бедами, проблемами, заботами, которые для Иных вообще не существуют. Перед людьми не вставал выбор: они могут быть и добрыми и злыми, все зависит от минуты, от окружения, от прочитанной накануне книги, от съеденного на обед бифштекса. Вот почему ими так просто управлять, даже самого злобного негодяя легко повернуть к Свету, а самого доброго и благородного человека – подтолкнуть во Тьму. Мы же – сделали выбор.
– Я ведь тоже его сделала, Антон. Я уже входила в сумрак.
– Да.
– Почему тогда я не понимаю, где грань, в чем отличие между мной и какой-нибудь ведьмой, посещающей черные мессы? Почему я задаю эти вопросы?
– А ты всегда будешь их задавать. Вначале – вслух. Потом – про себя. Это не пройдет, никогда. Если ты хотела избавиться от мучительных вопросов – ты выбрала не ту сторону.
– Я выбрала то, что хотела.
– Знаю. И потому – терпи.
– Всю жизнь?
– Да. Она будет долгой, но ты все равно никогда не привыкнешь. Никогда не избавишься от вопроса: насколько правилен каждый сделанный шаг.