OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким

Михайлов [email protected] Кишинев, Молдавия - 08/17/00 21:39:55 MSK 
Ефремов был отнюдь не чужд юмора. Он любил и умел рассказывать и анекдоты, и смешные истории. Но в литературе он юмора, действительно, бежал. Он считал, что литература - дело слишком серьезное, чтобы разбавлять ее шуточками. Например, к нашему "Понедельнику" он относился в высшей степени скептически, о чем прямо и говорил. У меня сохранился экземпляр "Туманности" с характерным его посвящением: "О, поэт, устрани эту грубую брань, шутовство балаганное это. И большое искусство создай ты для нас и высокую башню построив Из изысканных мыслей, из высоких речей, Из тончайших, не рыночных шуток..." (Аристофан. Мор.) За точность передачи не ручаюсь - почерк у мэтра был не ахти, - но смысл, по-моему, совершенно ясен. 
* * * 
Вопрос: 2. Общество мира Полудня - тоже неплохое - похоже на высокоочищенный химический продукт. Там нет воров и жуликов, паразитических групп населения, попов и верующих, расистов, националистов, гомосексуалистов... Однако даже в самом очищенном продукте бывают примеси. Ефремов о примесях думал, он придумал для них остров Забвения. А как Вы с братом - думали над этой проблемой? 
Михайлов [email protected] Кишинев, Молдавия - 08/17/00 21:39:57 MSK 
Думали, но не считали эту проблему действительно серьезной. Слишком уж она была очевидна, лежала на поверхности и не требовала сколько-нибудь оригинальных решений. Ну, психотерапия. Ну, позитивная реморализация. Ну, изоляция, в конце концов - тот же Остров Забвения. Не интересно. В конце концов, у нас там ежегодно десятки прогрессоров возвращаются с чужих планет - свирепые зверюги, жесткие и шершавые как перчатки из акульей кожи. Каждый проходит рекондиционирование, заново приспосабливается к условиям Мира Полудня, где ему ничто не грозит и где он тоже не должен кому-либо грозить. По сути - та же проблема "нравственных уродов", причем - в массовых масштабах. 
* * * 
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! Лет десять назад прочел в одном из прибалтийских журналов (не помню каком) интервью АБС. Меня заинтриговал пассаж о последнем и самом увлекательном путешествии, совершаемым каждым человеком ("жизнь после смерти"?). Может быть, Вы приподнимете завесу ... 
Искаков Арстан  [email protected] Алматы, Казахстан - 08/17/00 21:39:59 MSK 
Совершенно не помню такого интервью, но сильно подозреваю, что сказано это было "для красоты слога". Нет после смерти ничего - ни путешествия, ни приключений. 
* * * 
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! В одном из Ваших ранних произведений мной была замечена (и особо выделена ) фраза: "Свобода - это осознанная необходимость, всё остальное - нюансы". Как вы оцениваете её в данный момент? 
Владимир Шишиокин  [email protected] Йошкар-Ола, Россия - 08/17/00 21:40:14 MSK 
Свобода есть возможность реализовать себя в соответствии со своим призванием и потенциалом. Это, так сказать, прагматическое определение понятия. "Осознанная необходимость" - определение общефилософское, включающее в себя "все", но малопригодное к практической жизни, ибо лишь ничтожное меньшинство людей способны ощущать себя свободными в тюремной одиночке, а это - высшая свобода, какую только можно себе представить. 
* * * 
Вопрос: Многоуважаемый Борис Натанович! Пользуясь случаем, хотел бы поблагодарить Вас за все те замечательные книги, которые читаю и перечитываю вот уже второй десяток лет. Вопросы же постараюсь сократить до двух: 1. По моему мнению, сценарии большинства ваших произведений значительно менее глубоки, чем тексты их оригиналов. Так ли это, и с чем связано подобное Ваше отношение к кинематографу? 
Urazov D.V.  [email protected] Ижевск, Россия - 08/17/00 21:40:16 MSK 
Ваше утверждение спорно. Например, сценарий "Сталкера" обладает известной глубиной, хотя и совершенно иной, нежели "Пикник". Большинство же написанных нами сценариев, действительно, особой глубиною не обладают, ибо писались они, как правило, ради денег, хотя мы и не халтурили, старались, но, - как бы это сказать, - не перенапрягались. 
* * * 
Вопрос: 2. Среди доступной мне современной фантастической литературы очень мало - даже по сравнению с прошлыми двадцатью годами - литературы человеческого плана, исследований его психологического потроения. Эта загадка мне непонятна, с чем бы Вы могли связать такое отношение писателей (или издателей и продавцов) к самой интересной литературной тематике? И можно ли ожидать перемен в этой области? 
Urazov D.V.  [email protected] Ижевск, Россия - 08/17/00 21:40:32 MSK 
И опять же - спорное утверждение. Сейчас появилось много "человековедческих" романов и повестей, совершенно невозможных пятнадцать лет назад. Я имею в виду прежде всего Рыбакова, Столярова, ряд вещей супругов Дяченко, Лукина, некоторые вещи Лазарчука и т.д. Вы правы только в том смысле, что издатели, действительно, не приветствуют это направление в фантастике. "Психологические" романы продаются заметно хуже. 
* * * 
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! Вы писали, что ставите точку там, где в произведении наступает "развилка". И все же очень хочется задать вопрос по концовке "Пикника на обочине". Какая трактовка Вам ближе (ведь все равно какая-то трактовка Вам, как создателю произведения, ближе)? 1. Прямой смысл. Крик души и вера в то, что в глубине у человека есть хорошее - вопреки любой гадости, творящейся вокруг. (Насколько я понимаю, именно эту трактовку выбрал С.Лукьяненко в "Осенних визитах" для контрапункта, доказывая, что "пусть ни один обиженный не уйдет" и "под его хрупкой пеленой все равно оставались осень и грязь"). 2. В некотором роде упрек тем, кто верит и надеется на всемогущественные силы, которые могут все понять и сделать "как надо" ("Но если ты на самом деле такой... разберись!"). Осуждение ухода от личной ответственности за то, что творится вокруг ("эти гады не дали мне научиться думать"). Или что-то еще, например, как это выведено в фильме? 
VicMal  [email protected] Россия - 08/17/00 21:41:02 MSK 
Я бы сказал, концовка "Пикника" это признание бессилия сегодняшнего человека изменить что-нибудь существенное в окружающей действительности. Улучшить реальный мир так сложно, что даже существуй на свете Золотой Шар, он не смог бы нам помочь, ибо мы просто не сумели бы сформулировать свою просьбу: ведь мы и сами не знаем, каков должен быть ИДЕАЛЬНЫЙ мир идеальный для всех ныне живущих.