Русский романс

  
429. «Я хочу веселья, радостного пенья…» [435]
 
 
 
Я хочу веселья, радостного пенья,
 
Буйного разгула, смеха и острот —
 
Оттого что знал я лишь одни мученья,
 
Оттого что жил я под ярмом забот.
 
 
 
Воздуха, цветов мне, солнечной погоды!
 
Слишком долго шел я грязью, под дождем.
 
Я хочу веселья, я хочу свободы —
 
Оттого что был я скованным рабом!
 
 
 
Я хочу рубиться, мстить с безумной страстью —
 
Оттого что долго был покорен злым.
 
И хочу любви я, и хочу я счастья —
 
Оттого что не был счастлив и любим!
 
 
1901
 
  
ВАСИЛИЙ БАШКИН
 
 (1880–1909) 
   
430. Сосны [436]
 
 
 
Хмурые сосны шумят под окном,
 
Ветер качает вершины их сонно.
 
Слышу, как шепчут они монотонно —
 
        Все об одном, об одном:
 
 
 
«В скучном краю родились мы на свет,
 
В скучном краю счастья нет!
 
Серым ненастьем измучены мы,
 
        Жизнь наша хуже тюрьмы.
 
 
 
Ждать и желать мы забыли давно,
 
Холодно нам и темно.
 
Здесь можно только страдать и терпеть,
 
        Здесь хорошо умереть».
 
 
 
Хмурые сосны шумят под окном,
 
Ветер качает вершины их сонно.
 
Слышу, как шепчут они монотонно
 
        Все об одном, об одном…
 
 
1903
 
  
ЗОЯ БУХАРОВА
 
 (1876 —?) 
   
431. Ноктюрн («Крики чайки белоснежной…») [437]
 
 
 
Крики чайки белоснежной,
 
Запах моря и сосны,
 
Неумолчный, безмятежный
 
Плеск задумчивой волны,
 
 
 
В дымке розово-хрустальной
 
Умирающий закат,
 
Первой звездочки печальной
 
Золотой далекий взгляд.
 
 
 
Ярко блещущий огнями
 
Берег в призрачной дали,
 
Как в тумане перед нами —
 
Великаны корабли.
 
 
 
Чудный месяц, полный ласки,
 
В блеске царственном своем…
 
В эту ночь мы будто в сказке
 
Упоительной живем.
 
 
<1903>
 
  
АЛЕКСЕЙ БУДИЩЕВ
 
 (1867–1916) 
   
432. «Только вечер затеплится синий…» [438]
 
 
 
Только вечер затеплится синий,
 
Только звезды зажгут небеса
 
И черемух серебряный иней
 
Уберет жемчугами роса, —
 
Отвори осторожно калитку
 
И войди в тихий садик как тень,
 
Да надев потемнее накидку,
 
И чадру на головку надень.
 
Там, где гуще сплетаются ветки,
 
Я незримо, неслышно пройду
 
И на самом пороге беседки
 
С милых губок чадру отведу.
 
 
<1916>
 
  
Неизвестные авторы
   
433. «Не пробуждай воспоминаний…» [439]
 
 
 
Не пробуждай воспоминаний
 
Минувших дней, минувших дней —
 
Не возродишь былых желаний
 
В душе моей, в душе моей.
 
 
 
И на меня свой взор опасный
 
Не устремляй, не устремляй,
 
Мечтой любви, мечтой прекрасной
 
Не увлекай, не увлекай.
 
 
 
Однажды счастье в жизни этой
 
Вкушаем мы, вкушаем мы.
 
Святым огнем любви согреты,
 
Оживлены, оживлены.
 
 
 
Но кто ее огонь священный
 
Мог погасить, мог погасить, —
 
Тому уж жизни незабвенной
 
Не возвратить, не возвратить!
 
 
1877
 
  
434. Дремлют плакучие ивы [440]
 
 
 
Дремлют плакучие ивы,
 
Низко склонясь над ручьем,
 
Струйки бегут торопливо,
 
Шепчут во мраке ночном,
 
Шепчут во мраке, во мраке ночном!
 
 
 
Думы о прошлом далеком
 
Мне навевают они…
 
Сердцем больным, одиноким
 
Рвусь я в те прежние дни!..
 
Рвусь я в те прежние, светлые дни.
 
 
 
Где ты, голубка родная?
 
Помнишь ли ты обо мне?
 
Так же ль, как я, изнывая,
 
Плачешь в ночной тишине…
 
Плачешь ли так же в ночной тишине…
 
 
<1906>
 
  
«Нет, не любил он…»
 
Развитие жанра
   
НАРОДНЫЙ РОМАНС
 
Русская песня
   
НИКОЛАЙ ИБРАГИМОВ
 
 (1778–1818) 
   
435. Русская песня («Во поле березонька стояла…») [441]
 
 
 
Во поле березонька стояла,
 
      Люли, люли, стояла,
 
В чистом кудрява бушевала,
 
В тереме девица горевала;
 
Девицу со милым разлучают,
 
Девицу с постылым обручают.
 
Нелюб не умом взял, не приятством —
 
Взял большой роднею и богатством.
 
Милый беспоместен, беспороден,
 
Он душой богат и благороден.
 
Не в мешках любовь, не в родословных —
 
В жертвах добровольных, безусловных
 
С милым мы глазами сговорились,
 
С милым мы сердцами подарились;
 
Скоро ли, ах, милый! не дождуся,
 
Я с тобой свиданьем наслаждуся,
 
От докук нелюба свобожуся?
 
      Люли, люли, свобожуся?
 
 
<1825>