Русский романс

  
ДМИТРИЙ ДАВЫДОВ
 
 (1811–1888) 
   
504. Думы беглеца на Байкале [506]
 
 
 
Славное море — привольный Байкал,
 
Славный корабль — омулевая бочка…
 
Ну, Баргузин [507], пошевеливай вал…
 
        Плыть молодцу недалечко.
 
 
 
Долго я звонкие цепи носил;
 
Худо мне было в норах Акатуя [508],
 
Старый товарищ бежать пособил,
 
        Ожил я, волю почуя.
 
 
 
Шилка и Нерчинск не страшны теперь;
 
Горная стража меня не видала,
 
В дебрях не тронул прожорливый зверь.
 
        Пуля стрелка — миновала.
 
 
 
Шел я и в ночь и средь белого дня;
 
Близ городов я поглядывал зорко;
 
Хлебом кормили крестьянки меня,
 
        Парни снабжали махоркой.
 
 
 
Весело я на сосновом бревне
 
Вплавь чрез глубокие реки пускался;
 
Мелкие речки встречалися мне —
 
        Вброд через них пробирался.
 
 
 
У моря струсил немного беглец;
 
Берег обширен, а нет ни корыта;
 
Шел я каргой [509] и пришел наконец
 
        К бочке, дресвою [510] замытой.
 
 
 
Нечего думать — бог счастья послал:
 
В этой посудине бык не утонет;
 
Труса достанет и на судне вал —
 
        Смелого в бочке не тронет.
 
 
 
Тесно в ней было бы жить омулям;
 
Рыбки, утешьтесь моими словами:
 
Раз побывать в Акатуе бы вам —
 
        В бочку полезли бы сами!
 
 
 
Четверо суток верчусь на волне;
 
Парусом служит армяк дыроватый,
 
Добрая лодка попалася мне,
 
        Лишь на ходу мешковата.
 
 
 
Близко виднеются горы и лес,
 
Буду спокойно скрываться под тенью,
 
Можно и тут погулять бы, да бес
 
        Тянет к родному селенью.
 
 
 
Славное море — привольный Байкал,
 
Славный корабль — омулевая бочка…
 
Ну, Баргузин, пошевеливай вал…
 
        Плыть молодцу недалечко!
 
 
<1858>
 
  
АЛЕКСАНДР АММОСОВ
 
 (1823–1866) 
   
505. Элегия («Хас-Булат удалой!..») [511]
 
 
 
«Хас-Булат удалой!
 
Бедна сакля твоя;
 
Золотою казной
 
Я осыплю тебя.
 
 
 
Саклю пышно твою
 
Разукрашу кругом,
 
Стены в ней обобью
 
Я персидским ковром.
 
 
 
Галуном твой бешмет
 
Разошью по краям
 
И тебе пистолет
 
Мой заветный отдам.
 
 
 
Дам старее тебя
 
Тебе шашку с клеймом,
 
Дам лихого коня
 
С кабардинским тавром.
 
 
 
Дам винтовку мою,
 
Дам кинжал Базалай, —
 
Лишь за это свою
 
Ты жену мне отдай.
 
 
 
Ты уж стар, ты уж сед,
 
Ей с тобой не житье.
 
На заре юных лет
 
Ты погубишь ее.
 
 
 
Тяжело без любви
 
Ей тебе отвечать
 
И морщины твои
 
Не любя целовать.
 
 
 
Видишь, вон Ямман-Су
 
Моет берег крутой,
 
Там вчера я в лесу
 
Был с твоею женой.
 
 
 
Под чинарой густой
 
Мы сидели вдвоем,
 
Месяц плыл золотой,
 
Все молчало кругом.
 
 
 
И играла река
 
Перекатной волной,
 
И скользила рука
 
По груди молодой.
 
 
 
Мне она отдалась
 
До последнего дня
 
И аллахом клялась,
 
Что не любит тебя!»
 
 
 
Крепко шашки сжимал
 
Хас-Булат рукоять
 
И, схватясь за кинжал,
 
Стал ему отвечать:
 
 
 
«Князь! рассказ длинный твой
 
Ты напрасно мне рек,
 
Я с женой молодой
 
Вас вчера подстерег.
 
 
 
Береги, князь, казну
 
И владей ею сам,
 
За неверность жену
 
Тебе даром отдам.
 
 
 
Ты невестой своей
 
Полюбуйся поди, —
 
Она в сакле моей
 
Спит с кинжалом в груди.
 
 
 
Я глаза ей закрыл,
 
Утопая в слезах,
 
Поцелуй мой застыл
 
У нее на губах».
 
 
 
Голос смолк старика,
 
Дремлет берег крутой,
 
И играет река
 
Перекатной волной.
 
 
<1858>
 
  
ИВАН СУРИКОВ
 
 (1841–1880) 
   
506. В степи («Кони мчат-несут…») [512]
 
 
 
Кони мчат-несут,
 
Степь все вдаль бежит;
 
Вьюга снежная
 
На степи гудит.
 
 
 
Снег да снег кругом;
 
Сердце грусть берет;
 
Про моздокскую
 
Степь ямщик поет…
 
 
 
Как простор степной
 
Широко-велик;
 
Как в степи глухой
 
Умирал ямщик;
 
 
 
Как в последний свой
 
Передсмертный час
 
Он товарищу
 
Отдавал приказ:
 
 
 
«Вижу, смерть меня
 
Здесь, в степи, сразит. —
 
Не попомни, друг,
 
Злых моих обид.
 
 
 
Злых моих обид,
 
Да и глупостей,
 
Неразумных слов,
 
Прежней грубости.
 
 
 
Схорони меня
 
Здесь, в степи глухой;
 
Вороных коней
 
Отведи домой.
 
 
 
Отведи домой,
 
Сдай их батюшке;
 
Отнеси поклон
 
Старой матушке.
 
 
 
Молодой жене
 
Ты скажи, друг мой,
 
Чтоб меня она
 
Не ждала домой…
 
 
 
Кстати ей еще
 
Не забудь сказать:
 
Тяжело вдовой
 
Мне ее кидать!
 
 
 
Передай словцо
 
Ей прощальное
 
И отдай кольцо
 
Обручальное.
 
 
 
Пусть о мне она
 
Не печалится;
 
С тем, кто по сердцу,
 
Обвенчается!»
 
 
 
Замолчал ямщик,
 
Слеза катится…
 
А в степи глухой
 
Вьюга плачется.
 
 
 
Голосит она,
 
В степи стон стоит,
 
Та же песня в ней
 
Ямщика звучит:
 
 
 
«Как простор степной
 
Широко-велик;
 
Как в степи глухой
 
Умирал ямщик».
 
 
<1869>, <1877>