Русский романс

  
МИХАИЛ ЛОМОНОСОВ
 
 (1711–1765) 
   
5. «Ночною темнотою…» [25]
 
 
 
Ночною темнотою
 
Покрылись небеса,
 
Все люди для покою
 
Сомкнули уж глаза.
 
Внезапно постучался
 
У двери Купидон,
 
Приятный перервался
 
В начале самом сон.
 
«Кто так стучится смело?» —
 
Со гневом я вскричал;
 
— «Согрей обмерзло тело, —
 
Сквозь дверь он отвечал. —
 
Чего ты устрашился?
 
Я — мальчик, чуть дышу,
 
Я ночью заблудился,
 
Обмок и весь дрожу».
 
Тогда мне жалко стало,
 
Я свечку засветил,
 
Не медливши нимало,
 
К себе его пустил.
 
Увидел, что крилами
 
Он машет за спиной,
 
Колчан набит стрелами,
 
Лук стянут тетивой.
 
Жалея о несчастье,
 
Огонь я разложил
 
И при таком ненастье
 
К камину посадил.
 
Я теплыми руками
 
Холодны руки мял,
 
Я крылья и с кудрями
 
Досу?ха выжимал.
 
Он чуть лишь ободрился,
 
«Каков-то, — молвил, — лук?
 
В дожде, чать, повредился».
 
И с словом стрелил вдруг.
 
Тут грудь мою пронзила
 
Преострая стрела
 
И сильно уязвила,
 
Как злобная пчела.
 
Он громко засмеялся
 
И тотчас заплясал:
 
«Чего ты испугался? —
 
С насмешкою сказал, —
 
Мой лук еще годится:
 
И цел и с тетивой;
 
Ты будешь век крушиться
 
Отнынь, хозяин мой».
 
 
1747
 
  
МИХАИЛ ХЕРАСКОВ
 
 (1733–1807) 
   
6. «Вид прелестный, милы взоры!..» [26]
 
 
 
Вид прелестный, милы взоры!
 
Вы скрываетесь от глаз;
 
Реки и леса и горы
 
Разлучат надолго нас.
 
 
 
Сладко было спознаваться
 
Мне, любезная, с тобой;
 
Горько, горько расставаться,
 
Горько… будто бы с душой!
 
 
 
Сердце ноет, дух томится;
 
Кровь то стынет, то кипит;
 
За слезой слеза катится,
 
Стон за стоном вслед летит.
 
 
 
О несносное мученье,
 
Что любезно, то терять!
 
Медли, медли, разлученье…
 
Медли душу отнимать!
 
 
 
Нет отрады! Всё теряю —
 
Час разлуки настает!
 
Стражду, мучусь, рвусь, рыдаю —
 
Ах, прости… прости, мой свет!
 
 
 
Во слезах, в тоске и скуке
 
Продолжится жизнь моя.
 
Будь спокойна ты в разлуке —
 
Пусть один терзаюсь я!
 
 
<1796>
 
  
7. Птичка
 
 
 
Когда б я птичкой был,
 
Я к той бы полетел,
 
Котору полюбил,
 
И близко к ней бы сел;
 
Коль мог бы, я запел:
 
«Ты, Лина, хороша,
 
Ты птичкина душа!»
 
Мой малый бы носок
 
Устам ее касался;
 
Мне б каждой волосок
 
Силком у ней казался;
 
Я б ножку увязить
 
Хотел в силке по воле,
 
Чтоб с Линой вместе быть
 
И Лину бы любить
 
Во сладком плене боле.
 
 
<1796>
 
  
МИХАИЛ ПОПОВ
 
 (предположительно 1742–1790) 
   
8. «Достигнувши тобою…» [27] [28]
 
 
 
Достигнувши тобою
 
Желанья моего,
 
Не рву уже тоскою
 
Я сердца своего:
 
Душа твоя мной страстна,
 
Моя тебе подвластна;
 
Коль счастлива ты мной,
 
Стократно я тобой!
 
 
 
Тебя, мой свет, считаю
 
Я жизнию своей:
 
Прекраснее не знаю
 
Тебя я и милей.
 
В любви не зря препятства,
 
В тебе зрю все приятства;
 
В твою отдавшись власть,
 
Не знаю, что? напасть.
 
 
 
Твой взор не выпускаю
 
Из мыслей никогда,
 
И в мыслях лобызаю
 
Твой образ завсегда:
 
Тобою утешаюсь,
 
Тобою восхищаюсь,
 
Тебя душой зову,
 
Тобою и живу.
 
 
<1765>
 
  
9. «Полюбя тебя, смущаюсь…»
 
 
 
Полюбя тебя, смущаюсь
 
И не знаю, как сказать,
 
Что тобою я прельщаюсь
 
И боюся винным стать.
 
Пред тобой когда бываю.
 
Весь в смятении сижу,
 
Что сказать тогда, не знаю:
 
Только на тебя гляжу.
 
 
 
Глядя на тебя, внимаю
 
Все слова твоих речей;
 
Прелести твои считаю,
 
Красоту твоих очей;
 
И боюсь тогда прервати
 
Твой приятный разговор,
 
Чтоб твою не потеряти
 
Тем приязнь и милый взор.
 
 
 
В сем смущеньи пребывая,
 
Оставляю нужну речь
 
И, часы позабывая,
 
Времени даю претечь.
 
Вдруг, увидя день минувший,
 
Принужден сказать: «Прости!»
 
И иду потом, вздохнувши,
 
Неспокойну ночь вести.
 
 
<1765>