Евгений Онегин. Драматические произведения. Романы. Повести

XXXIII.
 
 
Она зари не замечает,
 
Сидит с поникшею главой
 
И на письмо не напирает
 
Своей печати вырезной.
 
Но, дверь тихонько отпирая,
 
Уж ей Филипьевна седая
 
Приносит на подносе чай.
 
"Пора, дитя мое, вставай:
 
Да ты, красавица, готова!
 
О пташка ранняя моя!
 
Вечор уж как боялась я!
 
Да, слава богу, ты здорова!
 
Тоски ночной и следу нет,
 
Лицо твое как маков цвет".
 
 
XXXIV.
 
 
– Ах! няня, сделай одолженье. -
 
«Изволь, родная, прикажи».
 
– Не думай... право... подозренье...
 
Но видишь... ах! не откажи. -
 
«Мой друг, вот бог тебе порука».
 
– Итак, пошли тихонько внука
 
С запиской этой к О... к тому...
 
К соседу... да велеть ему -
 
Чтоб он не говорил ни слова,
 
Чтоб он не называл меня... -
 
"Кому же, милая моя?
 
Я нынче стала бестолкова.
 
Кругом соседей много есть;
 
Куда мне их и перечесть".
 
 
XXXV.
 
 
– Как недогадлива ты, няня! -
 
"Сердечный друг, уж я стара,
 
Стара: тупеет разум, Таня;
 
А то, бывало, я востра,
 
Бывало, слово барской воли..."
 
– Ах, няня, няня! до того ли?
 
Что нужды мне в твоем уме?
 
Ты видишь, дело о письме
 
К Онегину. – "Ну, дело, дело,
 
Не гневайся, душа моя,
 
Ты знаешь, непонятна я...
 
Да что ж ты снова побледнела?"
 
– Так, няня, право ничего.
 
Пошли же внука своего. -
 
 
XXXVI.
Но день протек, и нет ответа.
 
 
Другой настал: все нет, как нет.
 
Бледна как тень, с утра одета,
 
Татьяна ждет: когда ж ответ?
 
Приехал Ольгин обожатель.
 
«Скажите: где же ваш приятель?»
 
Ему вопрос хозяйки был.
 
«Он что-то нас совсем забыл».
 
Татьяна, вспыхнув, задрожала.
 
– Сегодня быть он обещал,
 
Старушке Ленской отвечал:
 
Да, видно, почта задержала. -
 
Татьяна потупила взор,
 
Как будто слыша злой укор.
 
 
XXXVII.
 
 
Смеркалось; на столе блистая
 
Шипел вечерний самовар.
 
Китайский чайник нагревая;
 
Под ним клубился легкий пар.
 
Разлитый Ольгиной рукою,
 
По чашкам темною струею
 
Уже душистый чай бежал,
 
И сливки мальчик подавал;
 
Татьяна пред окном стояла,
 
На стекла хладные дыша,
 
Задумавшись, моя душа,
 
Прелестным пальчиком писала
 
На отуманенном стекле
 
Заветный вензель О да Е.
 
 
XXXVIII.
 
 
И между тем душа в ней ныла,
 
И слез был полон томный взор.
 
Вдруг топот!.. кровь ее застыла.
 
Вот ближе! скачут... и на двор
 
Евгений! «Ах!» – и легче тени
 
Татьяна прыг в другие сени,
 
С крыльца на двор, и прямо в сад,
 
Летит, летит; взглянуть назад
 
Не смеет; мигом обежала
 
Куртины, мостики, лужок,
 
Аллею к озеру, лесок,
 
Кусты сирен переломала,
 
По цветникам летя к ручью,
 
И задыхаясь на скамью
 
 
XXXIX.
 
 
Упала...
 
"Здесь он! здесь Евгений!
 
О боже! что подумал он!"
 
В ней сердце, полное мучений,
 
Хранит надежды темный сон;
 
Она дрожит и жаром пышет,
 
И ждет: нейдет ли? Но не слышит.
 
В саду служанки, на грядах,
 
Сбирали ягоды в кустах
 
И хором по наказу пели
 
(Наказ, основанный на том,
 
Чтоб барской ягоды тайком
 
Уста лукавые не ели,
 
И пеньем были заняты:
 
Затея сельской остроты!).
 
 
Песня девушек
 
 
Девицы, красавицы,
 
Душеньки, подруженьки,
 
Разыграйтесь, девицы,
 
Разгуляйтесь, милые!
 
Затяните песенку,
 
Песенку заветную,
 
Заманите молодца
 
К хороводу нашему.
 
Как заманим молодца,
 
Как завидим издали,
 
Разбежимтесь, милые,
 
Закидаем вишеньем,
 
Вишеньем, малиною,
 
Красною смородиной.
 
Не ходи подслушивать
 
Песенки заветные,
 
Не ходи подсматривать
 
Игры наши девичьи.
 
 
XL.
 
 
Они поют, и с небреженьем
 
Внимая звонкий голос их,
 
Ждала Татьяна с нетерпеньем,
 
Чтоб трепет сердца в ней затих,
 
Чтобы прошло ланит пыланье.
 
Но в персях то же трепетанье,
 
И не проходит жар ланит,
 
Но ярче, ярче лишь горит...
 
Так бедный мотылек и блещет
 
И бьется радужным крылом,
 
Плененный школьным шалуном
 
Так зайчик в озиме трепещет,
 
Увидя вдруг издалека
 
В кусты припадшего стрелка.
 
 
XLI.
 
 
Но наконец она вздохнула
 
И встала со скамьи своей;
 
Пошла, но только повернула
 
В аллею, прямо перед ней,
 
Блистая взорами, Евгений
 
Стоит подобно грозной тени,
 
И, как огнем обожжена,
 
Остановилася она.
 
Но следствия нежданной встречи
 
Сегодня, милые друзья,
 
Пересказать не в силах я;
 
Мне должно после долгой речи
 
И погулять и отдохнуть:
 
Докончу после как-нибудь.