Будь моей мамой. Искалеченное детство
Теперь она редко вспоминает родителей, только на сеансах психотерапии. Она обменивается открытками на дни рождения и Рождество с братом и сестрой и однажды далее говорила с ними по телефону. Однако звонок этот не был удачным и вряд ли еще повторится, поскольку она очень смутилась и мгновенно замкнулась в себе. Многое из того, что с ней случилось, остается глубоко скрытым в ее подсознании и, возможно, так там и останется. Время покажет.
Мы с детьми все еще навещаем Джоди, каждый месяц проезжая по триста — четыреста километров. В последний раз мы с Полой отвели ее в стейк-хауз (вместо пиццерии), и, пока мы ждали заказ, Джоди вдруг посмотрела на Полу и сказала: «Мне нравится твой топ. Очень красиво». Нам было очень приятно. Это был самый первый комплимент, который мы услышали от нее, и это говорило о настоящем прогрессе, ведь она начинала чувствовать: Джоди сделала Поле комплимент потому, что захотела сделать ей приятное, она хотела, чтобы мы хорошо подумали о ней.
Я все еще не могу до конца осознать, как вообще возможно то, что произошло с Джоди. Я могу понять, что есть родители, которые забывают про своих детей из-за алкоголя, наркотиков или болезни, чья жестокость — лишь побочный эффект их болезни. Но тот беспросветный кошмар, в котором жила Джоди, остается загадкой для меня. Такое зло, такая жестокость просто не укладываются в голове. Когда я смотрю на своих детей и на большинство других детей, которых, слава богу, любят, ценят, воспитывают, сложно понять, как устроено сознание родителей, которые вообще не беспокоятся о своем ребенке и не просто забывают про него, а, подключая к собственным извращениям, намеренно разрушают его жизнь.
Джоди — травмированный ребенок. На ней сурово надругались, разрушив ее сознание и душу. Вряд ли когда-нибудь она полностью восстановится и сможет вести нормальную жизнь, и она никогда не сможет в полной мере наслаждаться той жизнью, которая должна была принадлежать только ей. Она была приговорена к бесконечному наказанию теми людьми, которые должны были заботиться о ней больше всех на свете. Более тяжелое преступление невозможно вообразить.
Я все еще навещаю Джоди в Хай Оукс. Многие из тех ребят, которые жили там, когда она пришла, уже покинули приют и переехали к своим опекунам. Суждено ли это Джоди — еще неизвестно, но если да — я еще не так стара, и мое предложение в силе. И я все-таки занимаюсь патронатом. Всегда есть где-то ребенок, которому нужна помощь.
Благодарности
Мои сердечные благодарности Дэвиду, Эндрю Лоуни, Кирсти Кроуфорд, Кэрол Тонкинсон и всей команде HarperCollins. Спасибо Вам всем за создание книги.