Возвращение короля

— Но ночь будет слишком короткой! — сказал Гэндальф. — Я вернулся сюда, потому что должен немного побыть в одиночестве. Спи, пока можешь. На восходе солнца я отведу тебя к Денетору. Нет, когда придет вызов, а не когда взойдет солнце. Тьма началась. Рассвета не будет.
2. ПОХОД СЕРОГО ОТРЯДА
Гэндальф ускакал, топот Обгоняющего Тень затих в ночи, когда Мерри вернулся к Арагорну. У него было с собой немного вещей, потому что он оставил свой мешок в Порт Галене и теперь у него было лишь несколько предметов, подобранных в разрушенном Изенгарде. Хасуфель была уже оседлана. Леголас и Гимли со своей лошадью стояли рядом.
— Итак, нас осталось еще четверо из нашего товарищества, — сказал Арагорн. — Мы поедем вместе. Но я думаю, мы будем не одни. Король решил выступить немедленно. Со времени появления крылатой тени он хочет двигаться к горам под покровом ночи.
— А потом куда? — спросил Леголас.
— Не могу еще сказать, — ответил Арагорн. — Что касается короля, то он отправится на сбор, назначенный им в Эдорасе через четыре ночи. Там, я думаю, он выслушает новости о войне, и всадники Рохана отправятся в Минас Тирит. Что же касается меня и тех, кто захочет идти со мной…
— Я захочу! — воскликнул Леголас.
— И Гимли тоже! — сказал гном.
— Да, что касается меня, — продолжал Арагорн, — то путь мой темен. Я тоже должен явиться в Минас Тирит, но каким путем, не знаю еще. Приближается давно ожидавшийся час.
— Не оставляйте меня, — сказал Мерри. — Я был не очень полезен, но не хочу быть отброшенным в сторону, как ненужный багаж. Не думаю, чтобы всадники захотели беспокоиться обо мне. Хотя, конечно, король сказал, что я буду сидеть с ним рядом и рассказывать об Уделе, когда он вернется домой.
— Да, — согласился Арагорн, — я думаю, Мерри, ваша дорога с нами. Но не ждите веселья в конце пути. Много времени пройдет, прежде чем Теоден спокойно сядет в Медусельде. Много надежд развеет эта горькая весна.
Скоро все было готово к отправлению: 24 всадника, причем Гимли сидел за Леголасом и Мерри — перед Арагорном. Вскоре они быстро ехали через ночь. Они приблизились к бродам через Изен, когда сзади прискакал всадник.
— Повелитель, — сказал он, обращаясь к королю — за нами всадники. Мне показалось, что я слышу их немного раньше, а теперь мы в этом уверены. Они догоняют нас.
Теоден немедленно приказал остановиться. Всадники развернулись и приготовили копья. Арагорн спешился, опустил Мерри на землю и, обнажив меч, встал у стремени короля. Эомер со своим оруженосцем отъехал в тыл. Мерри сильнее, чем раньше, чувствовал себя ненужным багажом и размышлял, что же ему делать в случае схватки. Предположим маленький отряд короля попал в засаду, а ему удастся скрыться в темноте — что он будет делать один в диких полях Рохана без всякого представления о том, где он среди этих бесконечных миль? Плохо! — подумал он, вытащил меч и потуже затянул пояс.
Ущербная луна, закрытая небольшим плывущим облаком, снова стала видна, вокруг посветлело. Теперь все услышали топот копыт и в тот же момент увидели темные фигуры, быстро приближавшиеся к ним от бродов. Лунный свет блестел на остриях копий. Число преследователей определить было трудно, но казалось, что их по крайней мере не меньше, чем всадников короля.
Когда они находились в пятидесяти шагах, Эомер громко крикнул:
— Стойте! Кто скачет в Рохан?
Преследователи остановились. Наступило молчание. В лунном свете было видно, как один из всадников спешился и неторопливо пошел вперед. Руки его казались белыми, когда он протянул их ладонями вверх в знак мира. Но люди короля приготовили оружие. В десяти шагах человек остановился. Он был высок, темная стоящая фигура. Послышался его ясный голос.
— Рохан? Вы сказали Рохан? Это радостное слово. Мы торопимся издалека и ищем эту землю.
— Вы нашли ее, — сказал Эомер. — Когда вы перешли через броды, выступили в Рохан. Это королевство короля Теодена. Никто не смеет ездить тут без его разрешения. Кто вы? И почему торопитесь?
— Я дунадан Хальбарад, Следопыт с севера, — ответил человек. — Мы ищем Арагорна, сына Арахорна, и слышали, что он в Рохане.
— Вы нашли его! — воскликнул Арагорн и передав поводья Мерри, он побежал вперед, обняв прибывшего. — Хальбарад! — Сказал он. — Из всех радостей — эта самая неожиданная.
Мерри вздохнул с облегчением. Он решил было, что это последняя уловка Сарумана, чтобы подстеречь короля, когда его охраняют лишь несколько человек, но, по-видимому, не будет необходимо умереть, защищая Теодена. Он вложил меч в ножны.
— Все в порядке, — сказал Арагорн оборачиваясь. — Это мои товарищи из далекой страны, где я живу. Хальбарад расскажет нам, сколько их и почему они прибыли.
— Со мной тридцать человек, — сказал Хальбарад. — Это все, что мы сумели собрать в спешке, с нами братья Элладан и Элрогир. Мы скакали быстро, получив ваш вызов.
— Но я не вызывал вас, — сказал Арагорн, — разве что мысленно. Я часто думал о вас, но не посылал ни слова. Но все это может ждать! Вы нашли нас в спешке и опасности. Поезжайте с нами, если король позволит.
Теоден обрадовался новости.
— Хорошо, — сказал он. — Если ваши товарищи хоть немного сходны с вами, мой Арагорн, тридцать таких рыцарей представляют силу, которую нельзя измерить числом голов.
Всадники снова пустились в путь, и Арагорн некоторое время ехал с дунаданцами. И когда они поговорили о новостях на севере и юге, Элрогир сказал ему:
— Я привез вам слово моего отца: дни коротки. В спешке не забудь о тропах смерти.
— Да, слишком короткими кажутся мне дни, чтобы выполнить желанное, — ответил Арагорн. — И велика будет моя спешка, если я вступлю на эту тропу.
— Это мы скоро увидим, — сказал Элрогир. — Но не будем больше говорить о таких вещах на открытой дороге.
И Арагорн сказал Хальбараду:
— Что это вы несете с собой, родич?
Он увидел, что вместо копья Хальбарад с собой несет высокий шест, похожий на знамя, но крепко обвязанный черным полотном.
— Это дал, который я привез вам от госпожи Раздола, — ответил Хальбарад. — Она делала его в тайне, и долго длилась ее работа. Она тоже послала вам слова: дни теперь коротки. Либо осуществится наша надежда, либо придет конец всякой надежде. Я шлю тебе то, что изготовила для тебя. Доброго пути, эльфийский камень!