Птицы небесные
Наташа слегка смутилась.
— Мне просто везло, — объяснила она, — бывают везучие люди, которым все помогают.
— Наверное, вы сами всем помогаете?
— Нет-нет, — почти испуганно возразила Наташа, — нет, как раз наоборот. Я решительно никому ничего не сделала доброго. А мне — все. Я же вам рассказывала, как все наше училище воспитывало моего ребенка… А потом — весь театр… А сейчас — свекровь…
— И что — свекровь тоже прекрасный человек?
— Неужели, если б было иначе, она бы так гробилась ради чужого внука?
Николай Николаевич с видимым удовольствием на лице откинулся в кресле:
— Честное слово, приятно с вами говорить!
— Мне тоже, — призналась Наташа.
Они ни разу не заговорили ни о ее муже, ни о его жене.
Уходя из больницы, Наташа подарила ему складень, который получила в наследство еще в девушках от прабабки, верующей старухи.
— Может быть, мне так везло в жизни, потому что эта вещица помогала… Теперь я хочу, чтобы она охраняла вас. Не отказывайте мне, возьмите.
Николай Николаевич был тронут, она это видела.
Он принял из ее рук амулет и вдруг поднес его к губам и поцеловал. Потом снова вложил в ее руку.
— Нет, — серьезно сказал он. — Пусть и дальше Бог распространяет на вас свою благодать. А если вы хотите подарить мне что-либо, позвольте иногда, изредка, навещать вас в театре…
— Я тоже буду поить вас чаем, — пообещала Наташа.