Уроки жизни

— Воля-то Божья, а вина — моя. Сам себя я никогда не прощу. И сыночки мои никакого знака мне не подавали. Даже не снились ни разу.
Тут в небе послышался шум птичьих крыльев. Смотритель поднял голову.
— Возможно, это и есть знак? — предположил Костя.
— Кто знает. Может, и вправду души моих сыновей пролетели, — согласился смотритель.
Они помолчали.
— А ведь я думал, что правильно воспитываю своих сыновей. Старался их в строгости держать, чтобы настоящими мужиками выросли. А получилось все не так, — тяжело вздохнул смотритель. — И материнской ласки сынки мои не помнят — мамка их рано умерла, — и от меня мало хорошего за всю жизнь увидели.
— Я думаю, они все равно понимали, что ты их любишь. По-своему.
— Надеюсь. Спасибо тебе, Костя, за поддержку. Не думал, что найдется в этом мире человек, который меня поймет и не осудит.
— И я не думал, что с чужим дядей мне будет уютнее, чем с собственным отцом, — признался Костя.
— Мы оба с тобой одиноки, и ты у меня теперь вроде сына.
Так и стояли они возле могилы: смотритель и Костя, неожиданно почувствовавшие какое-то родство душ и теплоту понимания другого человека. Стояли и молчали.