Влюбленный мститель

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
С этим похмельем было бы легче справиться, если бы оно являлось последствием обычного опьянения, подумал Джейк, резко проведя рукой по волосам и глядя вверх на белый потолок, подыскивая способ озвучить серию вопросов, которые омрачали его мысли.
Если бы сейчас, когда он и эта женщина занимались диким, безудержным сексом, была ночь, тогда они оба устали бы и неизбежно проспали до утра. Потом наступил бы рассвет, а у них было бы время привыкнуть друг к другу и осознать то, что произошло.
Они могли бы проснуться вместе, посмотреть на все произошедшее при холодном свете утра и решить, что делать далее.
Но это не тот случай.
Женщина, с которой он занимался любовью, оказалась неопытным созданием — не из тех, с которыми он встречался прежде. Она — Мерседес Алколар — драгоценная, избалованная, обожаемая, единственная дочь Хуана Алколара.
И, кроме того, она была невинной.
Его беспокойное, инстинктивное движение при этой мысли потревожило женщину рядом с ним. Голова Мерседес лежала на его руке, и когда он невольно вздрогнул, она зашевелилась, пробормотала что-то, потом глубоко вздохнула и снова погрузилась в сновидения.
Джейк криво усмехнулся. Он посмотрел на ее безмятежное выражение лица. Очевидно, ничто ее не тревожит, она видит счастливые и спокойные сны. Выражение ее лица — расслабленное и мирное, на полных сексуальных губах, которые он целовал час назад и которые так охотно и заманчиво отзывались на его поцелуи, играет едва заметная улыбка.
Но будет ли она улыбаться, проснувшись и вспомнив произошедшее?
— Мерседес?
Он не был уверен, что в самом деле хочет будить ее. Они должны поговорить, но не сейчас, когда он не знает, что делать дальше.
— Мерседес…
— Ммм…
Она глубоко вздохнула сквозь сон, и ничего более.
Может быть, хорошо, что он не разбудил ее.
Джейк не был уверен в себе, не знал, что скажет ей.
Кто она, эта Мерседес Алколар? Кокетка, которая увлекла его, довела до отчаяния, свела с ума и бросила? Или она убежала только оттого, что была девственницей?
Но тогда на свадьбе Рамона он встретил другую Мерседес, которая заявляла, что незнакома с ним. Настоящая Алколар — от черноволосой головки до изящных розовых пальцев ног — ледяная, равнодушная к чувствам других людей и дьявольски надменная. Именно эта Мерседес передала через подругу, что более не желает тратить на него время.
Но если она не хотела тратить на него время, тогда что сейчас делает в его постели?
Одно Джейк знал точно — время, которое он провел с ней, не было потерянным. С ней он познал самый лучший, страстный, удовлетворяющий секс, который хотелось повторять снова и снова.
— Мерседес…
Было уже поздно — солнце стояло в зените. Она приехала сюда настолько рано, что у нее наверняка не было возможности предупредить отца о том, куда идет. Ей придется как-то объяснять, где она была.
— Мерседес… пора просыпаться, детка.
— Ммм…
На этот раз в сонном бормотании слышался вопрос, и она неохотно пошевелилась, нахмурилась и попыталась спрятать лицо в мягких подушках.
— О нет, не надо…
Джейк вытащил руку у нее из-под головы, продолжая будить.
— Давай, соня… день давно начался.
— Не хочу… — пробормотала Мерседес в подушку, пряча лицо в тонком египетском хлопке наволочки.
Но Джейк не отступал.
— Мерседес… Сеньорита Алколар…
Он наклонился к ее лицу, почти прикасаясь щекой к ее мягким волосам, его рот находился в дюйме от ее розовых губ.
— Пора просыпаться.
Он увидел, как длинные густые ресницы дрогнули, слегка разомкнулись, темно-карие глаза посмотрели на него на миг.
— Джейк, — выдохнула она протяжно.
— Да…
Ну, это слишком долго… Он быстро терял терпение, жаждая знать, что она затевает. Отчего она здесь? Что за план разрабатывается в этом изощренном мозгу?
— По крайней мере ты помнишь, кто я.
Услышав это. Мерседес широко раскрыла глаза на мгновение, но тут же веки опустились снова, скрывая выражение ее глаз.
— Конечно, я помню, — мягко пробормотала она низким голосом. — Как я могла забыть?
Зашевелившись, она протянула руку, медленно и легко прикоснулась указательным пальцем к его щеке, его губам.
— Ты мужчина, которого я…
Ее палец замер, и он мог почувствовать ее потрясение.
— Ты мужчина, который…
С чувственным легким движением она потянулась к нему, приподняла смятую простыню, и он ощутил запах ее тела, отчего его сердце учащенно забилось.
— Мерседес…
Ее глаза были все еще закрыты, она протянула руки, обняла его. Ее голова легла на его обнаженную грудь.
— Ты мужчина, которого…
Она пробормотала это хриплым голосом, от ее дыхания он вздрогнул и вернулся в реальный мир.
— Мы должны поговорить!
— Позже…
Ее руки осторожно исследовали его тело, соблазняя, возбуждая, дразня, лишая самообладания и рассудка.
Он пытался понять, какова настоящая Мерседес Алколар, и теперь, казалось, встретился с совсем другой женщиной, чьи обольщающие ласки и страстные поцелуи вмиг нарушили его мыслительный процесс, лишая способности думать рационально.
Джейк почувствовал страстное прикосновение к своей спине, отчего судорожно сжался. И все это время она прижималась к нему — он ощущал давление ее груди, мягкий живот прижимался к его туловищу, ее бедра мучительно волновали, лишая способности хоть как-то контролировать себя. И когда ее руки, нарочно провоцирующие его, передвинулись к его бедрам, он не сдержался.
— Чертовка…
Резко повернувшись, он опрокинул ее на спину.
Она раскрылась ему навстречу, будто созданная для него, — приподняла свои бедра, приглашая, поощряя его в момент поцелуя языком, дразня, подражая его интимному вторжению, что чуть не свело его с ума.
Любовная близость была пронзительной, страстной, стремительной, исступленной в своем устрашающем томлении, в желании утолить пульсирующий накал чувств. Мерседес прошла с ним каждый дюйм этого пути, изгибаясь, обнимая, царапая ногтями его напряженную спину.
Они достигли развязки вместе, дыша друг другу в рот, когда экстаз волна за волной пронесся по их телам, превращая обоих в дрожащих, измученных и в то же время самых счастливых существ.