Влюбленный мститель
ГЛАВА ПЯТАЯ
День, который начался настолько хорошо и счастливо — со свадьбы ее брата, — превратился в кошмар. Мерседес пыталась пробраться через громадный, со вкусом оформленный танцевальный зал, где проходил прием, незамеченной одним человеком, которого меньше всего ожидала увидеть здесь. К этому моменту она уже начала забывать о событиях в Лондоне.
Ей было так весело! Она помогала новоиспеченной невестке приготовиться к свадьбе и оставила ее только в самую последнюю минуту — Эстрелла настояла на том, чтобы никто не видел ее платья, пока она не приедет в церковь.
Платье произвело сенсацию — все только и говорили о нем. Но к тому времени Мерседес это уже не интересовало — она была сильно напугана и изумлена, увидев среди собравшихся гостей Джейка Тавернера. Ее чувствительное и не готовое к такому повороту событий сердце пронзила стрела боли, а оскорбительные воспоминания, которые она не хотела воскрешать, снова возникли в памяти.
— Что это тебя так заинтересовал англичанин, сестренка? — спросил ее загорелый брат Алекс, широко улыбаясь и обнажая белые зубы. — Не говори мне…
— Нет! — выпалила Мерседес до того, как Алекс произнес неизбежный вопрос, не увлеклась ли она англичанином.
Она смотрела на него из-за широкой колонны.
Джейк стоял во дворе церкви, разговаривая с Рамоном, и откровенно смеялся над тем, что говорил его двоюродный брат. Голова отклонена назад, глаза чуть прикрыты, темно-каштановые волосы блестят в теплых лучах полуденного солнца.
— Нет, конечно, нет, — добавила она тише.
Она не хотела, чтобы кто-то знал о ее чувствах, даже обожаемый старший брат.
— Мне… мне просто интересно, кто он такой.
Англичанин — и на испанской свадьбе. Я… не ожидала.
Она пыталась забыть ту их встречу, но безуспешно. Воспоминание о ней следовало за Мерседес тенью каждый день, приходило по ночам, и как бы ни пыталась, она не могла перестать думать о нем.
— Он друг Рамона, — продолжал Алекс, а Мерседес молилась, чтобы не пропустить ничего важного, когда память и нежеланное воспоминание овладевали ее мыслями, возвращая в Англию. Некий медиамагнат. Ты хотела с ним познакомиться?
— Нет, спасибо.
Она не смогла скрыть свои истинные эмоции в голосе. Только вообразите — Алекс говорит Джейку, что хотел бы представить ему свою сестру. О выражении лица Джейка в этот момент не приходится гадать.
Не в первый раз Мерседес поблагодарила запутанную историю своей семьи — только она и ее старший брат Хоакин носили имя отца. В Лондоне Джейк Тавернер явно не связал Мерседес Алколар с Рамоном Дарио — человеком, который, как выяснилось, был его другом. И конечно, она не подозревала, что ее средний брат все знал о нем — человеке, которого она втайне называла дьяволом.
Он, как дьявол в саду Эдема, вошел в ее жизнь, забрал ее целомудрие, будто занимался с ней любовью той ночью. По телу Мерседес побежали мурашки от воспоминания о ее распутном, диком поведении, внезапной жуткой панике и бегстве.
Потому что в ту ночь она оказалась настолько глупа, что вернулась.
Перестав паниковать, она стала мыслить здраво и внезапно почувствовала, что зря убежала настолько стремительно. Не нужно было убегать Джейк не монстр и, конечно, принял бы ее объяснения. Он не принуждал ее, а она должна была, по меньшей мере, дать ему шанс.
Мерседес шла тогда назад по ночным улицам.
Не дойдя ста метров до его дома, она увидела подъезжающее черное такси, которое остановилось у парадной двери. Из него вышла высокая гибкая женщина с белокурыми короткими волосами, держа в руке маленькую сумочку.
Женщина достала ключ из сумки, вставила его в замочную скважину. Дверь открылась, и блондинка произнесла громким голосом, разнесшимся по тихой улице:
— Джейк! Дорогой… я вернулась. Мне так необходима твоя любовь. Ты скучал по мне, дружок?
Тогда Мерседес в самом деле побежала — повернулась и помчалась, будто все дьяволы из преисподней преследовали ее. Ей повезло — удалось быстро поймать такси и без приключений добраться до дома, где она упала без сил, вся в слезах.
Джейк цинично и бесчувственно использовал ее, как развлечение на одну ночь, чтобы избавиться от скуки и разочарования, пока его подруга отсутствовала. И она попалась прямо к нему в руки, как наивная идиотка. Она могла только благодарить Бога, что выбралась оттуда вовремя, вспомнив о матери и ее добром предупреждении.
Оставалось лишь надеяться, что время поможет ей забыть ту ночь. С каждым днем воспоминание будет меркнуть и наконец исчезнет полностью. Все, что она должна делать, — это заниматься делами и не думать.
Заниматься делами по меньшей мере было легко. Приготовления к внезапной свадьбе потребовали бурной деятельности всей семьи. На подготовку уходило столько времени, что некогда было думать о чем-то еще.
И вот сегодня она приехала на свадьбу и, увидев Джейка, почувствовала, как у нее слабеют колени, затуманиваются мысли.
Если бы она могла повернуться и уйти как можно дальше и быстрее! Но как же не присутствовать на свадьбе брата и последующем приеме?
Оставалось только молиться, что Джейк не заметит ее в толпе или уедет раньше и она не встретится с ним лицом к лицу.
Рамон и Эстрелла уезжают — у них начинается медовый месяц, и она должна выйти на улицу, присоединиться к небольшой группе людей, чтобы помахать им на прощание…
Может, Джейк не увидит ее — она затеряется в смеющейся веселой толпе и скроется от пронизывающих, пытливых, ледяных голубых глаз, прикрытых тяжелыми веками.
Сначала казалось, что ей повезло — она не видела Джейка Тавернера, когда спускалась по крутой лестнице особняка Медрано. Его не было, когда сверкающий, черный лимузин подъехал к тяжелым деревянным дверям, шофер выпрыгнул, открывая дверцу автомобиля Рамону и его невесте.
Но здесь удача покинула ее, потому что Эстрелла, которая за последние несколько недель приходила навещать ее как подруга, союзница и почти сестра, остановилась и посмотрела вокруг.
— Мерседес! — крикнула она, подзывая девушку кивком головы, не подозревая, какое сильное смущение ее крик и жест вызвали у Мерседес. Дай я обниму тебя на прощание.