Мемурашки

Зайка
(хорор)
Мне три года. Вечер. Давно пора спать, но вместо этого нас с братом одевают в парадные штанишки и ведут к соседям. Зачем? почему? – неясно. У соседей такая же квартира, что и у нас, но окна выходят не на глухую стену дома напротив, а на Неву.
Взрослые о чём-то разговаривают вполголоса, мы с братом – маемся. Потом соседка снимает с полки книжку и начинает нам читать. Уже первое слово: «Тень», – производит мрачное впечатление. И без того за окном тьма, лишь Петропавловский шпиль блестит, освещённый прожектором. Недобрую книгу читает нам соседка:
– Тень-тень-потетень,
Выше города плетень…
Что такое плетень, я знаю, чать не первый год на свете и в деревне бывал. Но чтобы плетень был выше города?.. Выше моего семиэтажного дома, выше Петропавловского собора? Представляю это циклопическое сооружение, и мне становится неуютно.
– Сели звери под плетень,
Похвалялись целый день.
Конечно, если там, за городом кишмя кишат звери, наглые, похваляющиеся, – тогда ясно, зачем нужен такой плетень.
– Похвалялся Зайка Hукодогоняйка, – споткнувшись о непроизносимую фамилию, соседка откладывает книгу и бросается к окну. А там загрохотало, затрещало, рассыпая искры, заполыхало красными, зелёными, шафрановыми огнями!
Я опасливо подхожу к оставленной книге. Чудовищный Зайка смотрит на меня с листа. Зайка, покрытый какими-то бородавками, одетый в полушубок. Из раскрытой пасти валит дым. И плетень – тот что выше города! – ужасному Зайке едва по плечо!
– Слава, смотри, какой салют!
«Какой салют? Там Зайка! Наши ещё отстреливаются, но уж если плетень не удержал…»
Сполохи озаряют тёмную комнату.
Тень-тень-потетень.