Тайная любовь

Он только сильнее втянул в рот ее сосок. Она закричала, когда зубы нежно сжали его. Сейчас возбуждение смешалось с удовольствием. Она никогда прежде не испытывала ничего подобного. Его ласки были такими пылкими и страстными, что она с трудом выдержала их.
— Пожалуйста!
Она не смогла заглушить крик, рвущийся из горла.
— Я тебя хочу! Я так тебя хочу!
Слова рвались из ее губ нескончаемым потоком.
— Я всегда хотела тебя! Я всегда любила тебя!
— Пожалуйста?
Его голос стал таким низким, когда он повторил ее мольбу. Он начал расстегивать молнию ее юбки. Он теснее прижался к ней, она почувствовала его твердый горячий член, который просто сжигал ее бедро своим прикосновением. Возбужденная почти до неистовства, она вся устремилась ему навстречу, больше всего на свете желая ощутить его внутри себя, слиться с этим прекрасным мускулистым телом.
Казалось, ее желание вот-вот осуществится. Молния на ее юбке была расстегнута, и сама юбка спущена вниз… И вдруг резко зазвонил телефон на столике у постели, и они оба внезапно замерли.
Некоторое время никто из них не двигался. Сэлли хотела сказать: «Не обращай внимания». Но прежде чем она успела промолвить хотя бы слово, Джош отодвинулся от нее и поднял трубку. В его глазах она читала то же самое нетерпеливое желание — выключить телефон. Сэлли надеялась на это. Но в последний момент он не сделал этого. Он поднес трубку к уху.
— Алло? — сказал он. — Джош Кингсли слушает.
Когда он взял трубку, он все еще нависал над Сэлли. Его одна рука продолжала сжимать ее грудь, и он не убрал ее. Но когда он услышал, кто говорит с ним, он снял руку с ее груди и отодвинулся от Сэлли.
— Я приеду и заберу тебя! Постараюсь сделать это как можно быстрее!
Он положил трубку и стал вставать с постели. Посмотрел ей в глаза и криво улыбнулся.
— Мне кажется, это классический случай, когда тебя спас телефонный звонок!
Сэлли почувствовала, как у нее сжалось сердце. Секунду назад он был рядом с ней, а теперь он так же недоступен, как обратная сторона Луны!
Сэлли перевела дух.
— Кто это? — спросила она его.
Он наклонился, чтобы поднять рубашку, и поэтому не видел боли на лице Сэлли. Сэлли не могла вздохнуть — в горле стоял колючий ком. Нестерпимой мукой отозвались в ней его слова, произнесенные небрежным тоном:
— Это Кэрин. Она на вокзале. Пока ты одеваешься, я поеду и привезу ее сюда!