Гавайская рапсодия

— Благодарность?!
— А что же еще, Констанс? Ты слишком умна, чтобы полюбить парня, который рассматривает брак как более или менее удачную сделку и которому родители указывают, на ком ему жениться. Как такое могло случиться» если бы не твои комплексы, что тебя нельзя любить? Ты восхищалась им, но прежде всего ты была благодарна ему за любовь.
Благодарна? Подавив желание возразить, Констанс задумалась. Неужели она была о себе настолько низкого мнения, что была благодарна мужчине за то, что он хочет ее? Наверное. Ведь женщина с высокой самооценкой разгневалась бы из-за предательства, а она, Констанс, просто горько смирилась. Даже где-то в глубине души ждала этого. Констанс отвернулась и стала смотреть в окно. Сидней был прав, когда говорил, что их связывает нечто большее, чем просто физическое влечение.
В объятиях Сиднея родилась новая Констанс теплая, земная, чувственная. Она испытывала к нему настолько сильные чувства, что готова была отдать ему себя всю без остатка. Они хорошо понимали друг друга, им было далеко не безразлично, что происходит с другим.
Поэтому, когда Сидней ушел, Констанс не просто получила душевную рану. У нее умерло сердце.
— Но к чему ты клонишь? — словно очнувшись от размышлений, спросила она.
— Но пока ты согласна с тем, что я сказал?
— Да, наверное, — отозвалась Констанс. Она была не в силах посмотреть на него, боясь не прочитать на его лице то, на что надеялась. — Сидней, зачем тебе все это? Чего ты хочешь?
— А ты не догадываешься?