Демон Жалым

– Да, очень приятно, Рубос. Все-таки я здорово рисковал, оставаясь тут, на Шонморе. А если бы я ошибся и мои предположения заставили нас только время потерять? И мы бы ничего не выяснили?!
– Ну, ты в таких предположениях никогда не ошибаешься, – произнес Рубос примирительно.
– Еще как ошибаюсь. Только, к счастью, не на этот раз. – Лотар помолчал и решил, что он слишком уж накинулся на Рубоса. – Ну, в общем, все оказалось правильно. Да и Жалын, кажется, считал, что может с нами расправиться, не подставляясь в открытом бою. То есть я ждал, что он проявит себя и попытается напасть.
– На это ты тоже рассчитывал? – спросил Сухмет.
Лотар улыбнулся:
– Сейчас, когда дела наши так блестящи, мне, естественно, хочется ответить – да!
Посмеялись, посерьезнели.
От посоха Гурама отделился еще один шар сгущенного воздуха, или что там это было, и ушел в темноту накрывать янтарную скалу плавающим покровом.
Рубос вдруг сказал:
– А все-таки что-то зависит от этой скалы? Я не большой знаток магических хитростей, но мне кажется, что без нее Жалын – бумажный змей, который сгорит от первой же искры. Независимо от того – есть в нем источник сигнала или нет. – Он разгорячился. – Поймите, мы же взяли в залог его важнейший инструмент, почему не попробовать просто-напросто уничтожить его?
– Можно, завтра? – попросил Сухмет. – Сегодня я подустал, давно не спал, почти два дня подряд.
Лотар хмыкнул. Рубос обиделся:
– Вот вам бы только зубоскалить, а дело-то серьезное. За все нужно браться, все пробовать.
– Да он и пробует, Рубос, – примирительно ответил Лотар. – Ты просто не замечаешь. Он все время только к этой скале и присматривается. Да и существо он такое – его хлебом не корми, дай поэкспериментировать с чем-нибудь новым. Даже если бы от этого и не зависела судьба Западного континента, он бы набросился на скалу со своими пробами, как голодный тигр на свежее мясо.
– Да? Я и впрямь не заметил… Сухмет, и что ты можешь о ней сказать?
– О скале? – сонно переспросил восточник. – Пока немногое. Это, кажется, спрессованное время, уложенное с немыслимой плотностью каким-то энергетическим конденсатором неизвестного мне устройства. Сейчас это целое море времени, оно подтаивает, как кусок льда на солнце, и с избытком питает энергией все магические построения Жалына. Но он каким-то образом сумел замкнуть его на себе полностью, привязать только к себе. То есть его силу никто другой перехватить не может. Если прикончить его, эта штука уйдет из нашего мира навсегда.
– Я жалеть не буду, – буркнул Рубос. – А почему в ней Санс утонул?
– Время – идеальный разрушитель. Собственно говоря, лучше оружия во Вселенной не существует.
– Ну, если не считать некоторых из моих друзей, – ответил мирамец.
– Что ты хочешь этим сказать? – удивился Сухмет.
– Ничего особенного. Кроме того, что появилась первая по-настоящему хорошая новость с тех пор, как мы принялись за это дело.
– Поясни, пожалуйста.
Мирамец победоносно улыбнулся в свете догорающих веток:
– Если вы с Лотаром столько знаете о противнике, сколько ты рассказал, считай, победа нам обеспечена – разве это не хорошая новость?