Новый Аладдин
— Идите в класс и переоденьтесь. Потом все объясню, — сказал Озеров и чуть не вытолкнул ее из комнаты.
Ему очень хотелось посмотреть, как выглядит сейчас полицейский из Рио, но он удержался от искушения. Надо было срочно придумать разумное объяснение. Любое, кроме правды. В то, что произошло, не поверил бы даже Эйнштейн.
Зоя вернулась переодетая наспех — даже платье поправить не успела: так томило ее любопытство.
— Я с ума схожу, Андрюша. Что это было?
— Ничего особенного.
— Но где, где мы купались?
— В пруду.
— Не разыгрывайте. Ведь утро было или день, а у нас сейчас ночь! И море было, и пляж. И полицейский на берегу.
— Вы приняли за полицейского рыболова с ведерком. Он ставил вершу.
— Ничего не понимаю. Как же я здесь очутилась?
— Вы бросили одежду и убежали. Должно быть, испугались. Иногда это бывает во время внушения.
— Какого внушения?
— Честно говоря, я проделал с вами небольшой психологический опыт, — начал импровизацию Озеров. — Помните, вы сказали: это вам не Рио-де-Жанейро. Вот мне и захотелось пошутить.
Она все еще не понимала.
— Вы, конечно, знаете, что такое внушение. Можно внушить желание, требование, действие какое-нибудь. Но можно внушить и ложные ощущения, ложные чувства — галлюцинации. Одна из форм гипноза, если хотите. Чисто природное свойство, как у Куни или Вольфа Мессинга. Я совсем недавно обнаружил его у себя. Ну и внушил вам свое представление о Рио-де-Жанейро, вызвал у вас ощущение утра, моря, незнакомого вам пейзажа. Вы плескались в пруду, а вам казалось, что вас подымает волна океана. Просто, в сущности.
Зоя вдруг облегченно вздохнула.
— Наконец-то все объяснилось по-человечески. А то я боялась и подумать: колдун вы или черт?
— Зоенька, — взмолился Озеров, — вы же диамат изучали!
— Подумаешь, диамат! — Она почти восхищенно взглянула на Озерова. — Вы теперь можете сеансы давать. В Колонном зале или в Политехничке. Честное слово, можете.
Озеров вскипел.
— Молчите лучше — сеансы! В школе узнают — проходу не дадут. Только имейте в виду: я все отрицать буду. Вы же в дурочках останетесь.
— Не злитесь, — миролюбиво согласилась Зоя. — Не подведу. Но хоть передо мной не скромничайте, вы же талант. И потом, я опять хочу в Рио-де-Жанейро! Пусть неправда, но это так чудесно! Внушите, Андрюша, умоляю.
— Только не приставайте, — вздохнул Озеров, — как-нибудь, в свое время.