Вторая попытка
— Художественную или научно-популярную? — с интересом спросил Джон. Они успели закончить ленч, но никому не хотелось прерывать разговор и возвращаться к своим делам.
— Пока не знаю. Что-нибудь про мир моды как он есть. А потом — роман, действие которого происходит на том же фоне. В юности я писала рассказы и мечтала когда-нибудь превратить их в книгу. Забавно было бы попробовать, хотя и не уверена, что получится.
Джон и представить себе не мог, чтобы у этой женщины не получилось что-то из того, что она задумала. Зато он прекрасно представлял себе Фиону за компьютером, пишущую книгу. Фиона интересно рассказывала истории про мир, в котором жила и работала, она знала этот мир, знала его людей. В этом Джон уже успел убедиться. У Фионы Монаган наверняка должна получиться книга, которую многим захочется прочесть.
— А вы представляете себе, чем станете заниматься после рекламного бизнеса? Или вместо?
Ей все было интересно в этом человеке. Фиона сама удивлялась этому интересу. Похоже, они были на пороге каких-то очень личных отношений, определенно грозивших выйти за рамки рабочих. «Во всяком случае, то, что мы узнаем друг друга лучше, пойдет только на пользу совместной работе над рекламной кампанией „Шика“, — пыталась оправдать свой интерес Фиона.
— Честно? Нет, не думал, — ответил Джон на вопрос Фионы. — Никогда не занимался ничем, кроме рекламы. Может, это будет гольф? Далее представить себе не могу, что на свете есть жизнь помимо работы.
— Мы все время от времени так думаем, — согласилась с ним Фиона. — Иногда мне кажется, что я умру за своим письменным столом. Надеюсь, что не скоро, — добавила Фиона и тут же смутилась, вспомнив о жене Джона Андерсона и ее безвременной смерти. — У меня практически не остается времени ни на что, кроме работы.
— Что ж, по крайней мере, ваша работа позволяет ездить в разные чудесные места. Вроде Парижа и Сен-Тропе. Не самый плохой вариант, не так ли?
— Да уж, — Фиона улыбнулась. — Во Франции просто чудесно. А в Сен-Тропе я надеюсь выкроить пару дней, чтобы провести их на яхте со своими друзьями.
— Ну вот, теперь я завидую вам по-настоящему, — признался Джон, оплачивая чек.
Очень жаль, но пора и Фионе возвращаться в офис, и ему тоже.
— Может быть, надумаете поехать и посмотреть на все своими глазами? Дайте знать, если захотите, чтобы я заказала вам билеты на показы.
— И на какие числа они назначены? — оживившись, спросил Джон.
Еще вчера ему не пришло бы в голову отправиться в Париж на показ мод. Это будет что-то новенькое! Если вообще будет. Что вряд ли — рабочий график Джона был очень напряженный.
— Последняя неделя июня, но самые интересные дефиле в первые дни июля, — ответила Фиона. — Это потрясающе! Особенно когда всех знаешь. Но даже если попадешь па показы в первый раз — впечатление незабываемое!
— Вы меня просто заинтриговали, Фиона. Первого июля у меня важная встреча в Лондоне. Если удастся выкроить денек-другой до или после, я дам вам знать.
Они продолжали разговор и на улице, направляясь к машине Джона. Жара, казалось, стала совершенно нестерпимой.
— Спасибо за ленч, — сказала Фиона, с облегчением усаживаясь в прохладный салон машины рядом с Джоном. Через пять минут они подъехали к офису.
— Все было чудесно. Спасибо, Джон. Я снова чувствую себя человеком. Человеком, готовым к работе. Мои сотрудники наверняка будут вам благодарны — сегодня я буду добродушна и терпима. Обычно я пропускаю ленч, что заметно отражается на моем поведении.
— Нам надо что-то предпринять по этому поводу, — улыбнулся Джои. — Очень нездоровая привычка. Честно говоря, я и сам этим грешу, — добавил он топом заговорщика. — Но сегодня, сидя рядом с вами, я подумал о том, что ленч — отличное изобретение человечества. Думаю, нам надо будет это повторить.
Улыбнувшись на прощание Джону Андерсону, Фиона отправилась в свой офис, а Джон поехал к себе, не переставая думать о ней. Фиона Мопаган была потрясающей женщиной — красивой, умной, элегантной. И в то же время было в ней что-то смутное, даже пугающее. Джон и себе не мог бы объяснить, отчего возникло это ощущение. Впрочем, он чувствовал себя вовсе не напуганным, а скорее заинтригованным. Впервые за последние два года он встретил женщину, на которую ему захотелось взглянуть еще и еще раз. А на Фиону Монаган, черт побери, стоило взглянуть!